– Изабелла, Фэллон, здравствуйте, – произнесла она приятным, чуть хрипловатым голосом. – Рада вас видеть. И тебя тоже, Уокер.
Она не стала распространяться о том, как странно бродяга выглядел под крышей дома.
Изабелла похлопала ладонью по распечаткам на подлокотнике кресла:
– Значит, вы и есть Вера Гастингс, писательница? Мне очень нравится ваша серия про вампира и ведьму.
Вера рассмеялась:
– Спасибо. На самом деле под этим псевдонимом мы с Генри пишем вместе: я про ведьму, а муж – про вампира.
– И у вас отлично получается! – с восторгом воскликнула Изабелла. – Сцена, где вампиру пришлось пить кровь ведьмы, чтобы не умереть, от которой в итоге он опьянел, весьма впечатляет.
Фэллон решил, что пришло время вмешаться и направить разговор в нужное русло:
– Давайте лучше вернемся к часам.
– Каким часам? – спросила Вера.
– Тем, что мы принесли с собой.
Уокер аж затрясся:
– Они из п… подземелья.
Вера спокойно посмотрела на сверток у ног Фэллона.
– Ты прав, Уокер. Можно даже не знать, что там спрятано, но эта вещь точно оттуда.
Амплитуда раскачивания Уокера тем временем все увеличивалась.
– Ты это чувствуешь? Как и я…
– Да, – подтвердила Вера, расставляя кружки на столе. – Что ж, рано или поздно это должно было произойти. Мы всегда знали, что это подземелье еще принесет нам немало бед.
Генри вышел из кухни, с кофейником в одной руке и чайником – в другой и тут же присоединился он к разговору:
– Но мы так и не решили, что станем делать, когда начнутся проблемы.
– Потому что у нас не было хороших идей, – сказала Вера и взглянула на Фэллона. – Кто-нибудь в городе еще знает о… ну, о той вещи, что у тебя в пледе?
– Пока нет. Уокер почувствовал силу часов, когда я нес их в офис, и потребовал, чтобы мы немедленно поехали к вам. Мне показалось, что он говорит дело, потому я послушался.
– Да, о вещах из подземелья он знает не меньше остальных жителей городка. А может, и больше.
Генри наполнил кружки, и Вера предложила их гостям, но Уокер отказался, твердо следуя правилу не принимать никаких подношений. Тогда Вера просто оставила кружку на подоконнике, и спустя некоторое время он все-таки взял ее, словно только что обнаружил. С точно таким же видом Уокер брал необходимые для жизни вещи, которые находил на помойках.
Когда Фэллон развернул плед и хозяева дома увидели часы, на их лицах отразилось недоумение.
– Но это всего лишь часы, – нахмурился Генри.
– Нет, не совсем так! Часовой механизм здесь вырабатывает особого рода энергию, которая служит для подавления видимых глазу световых волн, – объяснил Фэллон. – Если их завести, то скоро все вокруг погрузится во тьму.
– Ничего себе, – удивленно присвистнул Генри, и прищурившись, оглядел часы по внимательнее. – Похоже на старинные.
– Так и есть, – кивнул Фэллон. – Конец девятнадцатого века.
– Ты хочешь сказать, что эта вещь изготовлена в Викторианскую эпоху? – в недоумении спросила Вера, пристально разглядывая часы.
– Именно.
Генри покачал головой и возразил:
– Судя по тому, что они умеют, создали эти часы по самым современным технологиям. Если они из нашего подземного хранилища, значит, их спроектировал и собрал гений технической мысли. – Он тревожно посмотрел на Веру. – Впрочем, как и все остальные вещи в подземелье.
– Эти часы из мастерской одной очень талантливой изобретательницы. Ее звали Миллисент Брайдуэлл, и она современница королевы Виктории – это мне известно наверняка, – возразил Фэллон.
– Но принцип работы такого устройства должен быть на грани возможностей нынешней науки, – стоял на своем Генри. – Или за гранью. Я не знаю, насколько гениальными мозгами обладала эта дама, но в те времена еще не изобрели такие материалы, да и знания, которые требуются, чтобы создать устройство, блокирующее световые волны, получить было негде.
– Для работы этих «часовых диковин», как называла свои изобретения сама миссис Брайдуэлл, не нужны компьютерные программы и продвинутые технологии, – сказал Фэллон.
Вера в недоумении посмотрела на него:
– Что ты имеешь в виду?
– Принцип работы этого устройства основан на законах парафизики.
Вера и Генри переглянулись. Потом хозяин дома кашлянул и, повернувшись обратно к Фэллону, спросил:
– Ты хочешь сказать, что часы генерируют некую паранормальную энергию?
– Вот именно! И Вера с Уокером явно подвержены ее воздействию.
Вера беспомощно посмотрела на бродягу и растерянно произнесла:
– Это может быть просто интуиция…
– Мы всегда о ней вспоминаем, когда чувствуем то, что не в силах объяснить, – мягко заметила Изабелла.
– Она права, – поддержал ее Фэллон. – Многие боятся признать, что обладают сверхъестественными способностями, а вот с интуицией никаких вопросов не возникает. Скаргилл-Коув не простой город. Образно говоря, он расположен в «горячей точке» на энергетическом поле планеты. Такие места еще называют аномальными. Наверное, из-за этого сюда попали часы и все остальные артефакты, что лежат в подземелье.
Теперь уже все, включая Изабеллу, удивленно уставились на него.
Вера в задумчивости постучала пальцем по кружке, а потом спросила:
