— Кем бы он тогда был, наш ребенок? Хранителем? К нему бы перешла твоя сила?
— Частично Хранителем. Силу Стража равновесия по наследству он бы не получил, но мог бы получить ее позже.
— Сколько лет живут Хранители? Ты же втрое старше меня.
— Интересуешься, успею ли я вырастить нашего ребенка? — ухмыльнулся он. — Не останешься ли с ним одна?
— Предпочитаю знать подробности, — бесстрастно ответила я, подражая ему.
Он засмеялся и отметил:
— Похожа. Хранители в среднем живут лет сто пятьдесят-сто восемьдесят. Сила Стража дает мне еще несколько раз по столько же.
— А я? — этот вопрос впервые пришел мне в голову. — Я же обычный человек! Восемьдесят-девяносто лет — потолок. И то я буду древней сморщенной старушкой.
— Я не отпущу тебя так рано. Тебе придется стать моей второй половиной полностью. Часть моей силы перейдет к тебе.
— Но я же не умею владеть своими чувствами как ты. Разве можно мне доверять такие возможности?
— Меньшая часть, — снова улыбнулся он. — И принимать все решения мы сможем только вместе. Так и должно было быть изначально, поэтому Страж так долго проверял нас.
— А наш ребенок? Где он найдет себе пару?
— Я же нашел, — он наклонился ко мне и поцеловал. — Но я услышал тебя. Пока отложим этот вопрос. Может, когда-нибудь ты и захочешь.
Какое-то время мы молча пили чай. Комната постепенно начала заполняться позолотой — поднималось солнце. Оно разогнало туман, и Озеро засверкало в его лучах так, что было больно смотреть.
— Что будет с Хранителями? Что решили вы со Стражем? — спросила я.
— На самом деле это решают сами Хранители, — отозвался он. — И они уже решили. Сила Йалу растет, чем больше она ею пользуется. Мы не будем вмешиваться в ее решения, поскольку они не являются угрозой для равновесия. Путь, который она прошла, научил ее смотреть на любую ситуацию с разных сторон, а ее желание уметь видеть последствия сбылось. Так что теперь она вправе изменить жизнь Хранителей.
Значит, мы действительно прошли проверку, раз Хранителям вернули право решать самим свою судьбу. Терс рассказывал, что когда-то было именно так, но потом все сломалось.
— Но если Хранители живут так долго, не слишком ли много их становится в глубине?
— Часть их уходит дальше, — загадочно ответил он.
— Дальше, — пробормотала я. — Куда именно, ты не скажешь?
Он покачал головой.
— Ты узнаешь это сама. Со временем.
— Но уходят дальше только Хранительницы? Наставники ведь всегда оставались на берегу.
— Теперь и это изменится.
— Пусть все изменения будут к лучшему! — продекламировала я тост и шутливо приподняла кружку с чаем.
— Лишь бы они сами не пожалели о принятом решении, — неожиданно сказал он, коснувшись моей кружки своей.
— Это ты о чем?
— Сейчас они с нетерпением ждут времени, когда им не нужно будет расставаться. Впереди ждет счастливое семейное будущее, они будут рядом с любимым человеком и обоими детьми.
— В чем подвох? — все еще не понимала я, но не услышать иронию в его голосе было невозможно.
— Подвох в том, что даже рядом с любимым человеком не будет все так радужно и гладко, как им сейчас представляется. Раньше Хранители были вместе полтора-два года. Потом они никогда больше не видели друг друга в реальности, а на расстоянии все кажется идеальным. Чем больше проходило времени, тем меньше плохих воспоминаний (если таковые находились) оставалось в их памяти. Поэтому их сердца навечно оставались с тем, кто ушел в глубину, или наоборот — остался на поверхности.
— А теперь они будут все больше видеть и темную сторону партнера, — догадалась я. — Находить все больше недостатков?
— Именно. Жить рядом долго и счастливо так же непросто, как и расставаться навсегда. Даже со своей половинкой. Это длительная работа выстраивания отношений, нахождения компромиссов. Как в сказке — не будет.
— Что бы выбрал ты? — поинтересовалась я и улыбнулась. — Давай отправим меня назад, домой. Тогда в твоей голове останется мой светлый образ, и ты уйдешь с ним в другой мир. И знать не будешь о моих страшных скрытых недостатках.
Он улыбнулся в ответ.
— Больше никуда не отпущу. Ты слишком долго возвращаешься.
— В следующий раз забирай меня сам.
— А что выберешь ты? — задал он встречный вопрос. — Может, пока не поздно, и правда разбежаться? Я пройду переход, тебя отправлю домой, а себе найду новую девчонку.
— Скорее, старушку, — уязвила я. — В твоем-то возрасте…
Он расхохотался и сгреб меня в охапку.
— Эй, не приставай! — отбивалась я, но его поцелуй не дал мне больше ничего сказать.
— Между прочим, — многозначительно заметил он чуть позже, — если пересчитать наш возраст на длительность жизни, то еще вопрос, кто из нас моложе. Так что я уже нашел свою старушку.
И осекся, встретившись со мной взглядом. А меня переполняли эмоции.
— Что такое?
— Я — единственный человек в мире, который видел чувства холодного и страшного Человека Без имени! — шепотом закричала я и с ухмылкой победно вскинула руки.
— Так уж страшного? — усмехнулся он.
— Очень страшного, — подтвердила я. — Хранители тебя боятся.
— А ты?
— А я теперь боюсь остаться без тебя. Нам сегодня уходить?
