— Слишком много вопросов, — хмыкнул Терс и сам взял меня за руку.
Мы снова понеслись куда-то сквозь оглушающую тишину и ослепительную темноту.
ЙАЛУ
Я начинала чувствовать себя так, словно находилась в темнице. Когда такое чувство возникало у меня дома, я могла убежать к Озеру или Водопаду. Здесь и бежать было некуда. Я практически не видела своих родителей: их целыми днями не было. Но и наедине меня не оставляли тоже — Сергей все время был рядом. Я не могла перестроиться на его настоящее имя и по-прежнему звала Сережкой, но мне стало казаться, что он приставлен ко мне в качестве стражника.
Не знаю, как я представляла себе жизнь с родителями, но уж точно не так. Они радостно встретили меня в тот первый день, когда меня привел к ним Сережка. Я не могла отвести взгляда от мамы, она казалась мне все такой же ослепительной. Я впервые увидела папу, он улыбался мне, но в глазах его мне почудилась печаль. Они расспрашивали меня о моей жизни, внимательно слушали, кивали, а я чувствовала себя на вершине блаженства — я снова с ними, у меня теперь есть семья. Я совсем забыла о своих сомнениях, я была счастлива и не задала им ни одного своего вопроса.
И только на следующий день я поняла, что так и не знаю, почему они меня бросили. Целую неделю я ждала, что они поговорят со мной, объяснят причины своих поступков (а я все еще продолжала верить в то, что эти причины убедят меня в том, что поступить иначе было просто невозможно), но родители просто исчезли. Когда я просыпалась, их уже не было, когда я засыпала, их все еще не было. Меня стало тяготить нахождение в этой квартире, я соскучилась по Аринке и Леле, я хотела увидеть Терса. Но рядом со мной был только Сергей, и мне казалось, что скоро я его возненавижу.
— Им наплевать на меня, — сказала я однажды.
Я сидела на подоконнике в комнате Сергея, а он лежал на кровати и читал книжку. Прямо на стекле висели тонкие занавески, поскольку родители, как и отец Аринки, считали, что мне не нужно высовываться. Но я слегка отодвинула край ткани и в эту щелочку разглядывала улицу.
— Если бы это было так, они не стали бы тебя защищать, — откликнулся Сережка.
— От кого защищать? От Валентина? Меня и Аринкин отец неплохо прятал.
— От того, кто напал на тебя с Терсом в лесу. И от тех, кого навел на тебя Бхар. Ты не справилась бы с ними сама.
— Кто такой этот тип в капюшоне?
— Наш общий враг.
Снова ответ в том же стиле — ничего не значащий, ничего не объясняющий.
— Что он сделал вам? — поинтересовалась я почти равнодушно, так как не ждала вразумительного ответа.
— Этого я и сам не знаю. Родители мне говорили…
Я так резко подскочила, что Сергей не договорил. А я раздвинула занавески и начала изо всех сил дергать ручку окна, но она не поддавалась.
— Аринка! — закричала я, прижавшись к стеклу. — Я здесь, посмотри сюда!
Она переходила дорогу прямо под моим окном, и, конечно, сквозь стекло окна пятого этажа никак не могла меня услышать. Но тут чьи-то руки схватили меня в охапку и оттащили вглубь комнаты. Я не могла вырваться, Сережка был слишком силен физически, поэтому я огрела его магией. Мы оба рухнули на пол и раскатились в разные стороны.
— Тебя никто не должен видеть, — выдохнул Сергей, ошалевшими глазами глядя на меня.
— Мне плевать на ваши правила, — отрезала я. — Там моя сестра. Настоящая сестра, которой есть до меня дело.
Я попыталась сесть, но у меня закружилась голова. Кажется, я задела и себя тоже.
— Ей нет до тебя дела, — Сережка дополз до дивана и привалился к нему. — Она тебя не помнит.
— Что значит «не помнит»? — я с трудом добралась туда же.
— То и значит. Тебя стерли из памяти людей.
— Кто?
— Родители.
— Зачем?
— Ради твоей безопасности. Тебя забыли все люди внешнего мира. Там были те, кто был опасен для тебя.
— Да им плевать на мою безопасность! — взорвалась я. — Это все ради каких-то их собственных целей!
— Что здесь происходит? — на пороге комнаты появились родители.
У меня все еще не было сил подняться, и все свое отчаяние я вложила в голос.
— Вы лишили меня семьи с самого рождения, а теперь решили сделать это во второй раз?
Я не стала обращать внимания на разлетевшиеся вдребезги вазы.
— Она видела в окно Арину, — ответил Сергей на вопросительные взгляды родителей. — Я сказал ей, что она не помнит ее.
— Аринка для меня больше, чем семья, которая меня бросила. А вы, оказывается, решили отнять и ее у меня? Что же такого я вам сделала?
Родители переглянулись и взялись за руки. Какое-то золотистое сияние потекло от них ко мне и окутало меня с ног до головы. В тот же миг я поняла, что не могу пошевелиться, не могу произнести ни звука.
Мама подошла и опустилась на пол рядом со мной.
— Девочка моя, боюсь, что сейчас ты ничего не поймешь. Я хочу только, чтобы ты верила, что все это мы делаем для твоей же пользы.
