Хороший вопрос. Да у меня даже времени не было понять, так быстро все произошло.
— Не знаю. Наверное, нет. Просто не ожидала, что ты таким можешь быть.
— И не таким могу, — сознался Терс. — Но на нем срываться не следовало. Он просто пешка.
— Чья?
— Это сложно и долго рассказывать. Если коротко — мы защищаем то, что они хотят захватить. И я не знаю, не принадлежат ли им теперь и родители Йалу. Может, они просто захотели обычной жизни, без постоянного жертвования собой. Может, нет. Я не могу, тем не менее, просто оставить им Йалу.
— А если она сама не захочет от них уходить?
— Что ж, я приму ее выбор. Хотя сначала попытаюсь переубедить.
— Это она — твоя девушка? — в голове вдруг совершенно неожиданно всплыл давний наш разговор.
На этот раз он ответил не сразу. Понаблюдал за языками костра, а потом посмотрел на меня.
— Скажем так: она принадлежит мне так же, как я принадлежу ей. Большего на данный момент я и сам не знаю. В любом случае, нашу с ней судьбу будет решать она. Поэтому я не могу распоряжаться ни собой, ни своими чувствами. Так у нас заведено.
Значит, я была права? Это про Йалу он тогда говорил…
«Не могу распоряжаться своими чувствами»… Это сказано специально для меня? Чтобы я не пыталась претендовать на него? У них матриархат что ли? Я усмехнулась про себя. Это все неважно. Если он принадлежит Йалу, я как-нибудь справлюсь с собой, переходить дорогу ей я точно не буду.
— Я смотрю, ты вспоминаешь все больше, — прервал молчание Терс. — Вспомнила нашу первую встречу?
— Как-то странно все вспоминается. Словно все это было не со мной.
— Так бывает.
— Это пройдет?
— Не знаю. Но взгляд со стороны на происходящее даже полезен. Нет тех эмоций, которые не дают нам принимать верное решение.
— Йалу всегда жаловалась, что дома у нее никто не испытывает никаких чувств, — вспомнила я.
— Это да, — рассмеялся Терс. — Такие, как она, часто через это проходят. Ее всегда раздражала невозмутимость родных.
— Родных? Она говорила, там нет ее семьи.
— Семьей она считала только родителей. Но в селении все в той или иной мере являются родственниками.
— Что ты сделал с Игорем? — пока Терс отвечал на предыдущий вопрос, в моей голове пронеслось уже столько мыслей, что я даже не заметила, как неожиданно прозвучали мои слова.
— Вот это сменила тему, — рассмеялся он. — Легко и незаметно. Волнуешься за него?
— Интересуюсь. С чего бы я волновалась? Ты что, убил его?
— Ну да, и закопал во дворе, а ты мне помогала. Не помнишь? — Терс встал и потянулся. — Жив он и здоров. Я просто сделал так, что он не сможет больше пользоваться тем, что получил.
— Забрал его магические способности?
— Не я давал, не мне и забирать. Просто заблокировал. Чтобы не путался больше под ногами.
— Что ты узнал у него?
— Я не дал тебе услышать наш разговор именно потому, что тебе не нужно этого знать.
— Это ты здорово придумал, конечно, — я закатила глаза. — Ты внезапно появляешься в моей жизни, забираешь меня из дома, не даешь возможности никого предупредить, и при этом я ничего не должна знать.
— На данный момент я сделал так, что твой отец не будет волноваться за тебя. Примерно через неделю мы к нему зайдем, и ты сможешь его предупредить о своем отъезде. А обо всем остальном ты узнаешь, когда мы найдем Йалу. И поверь мне, когда ты будешь обо всем этом знать, ты захочешь вернуться в то время, когда ничего не знала.
— Умеешь успокоить, — пробурчала я.
— И, кстати, к Игорю ты напросилась сама, — с улыбкой напомнил Терс.
Я начинаю чувствовать себя как в фильме ужасов. Только все же как-то безопаснее чувствуешь себя в кресле перед экраном, чем в качестве героя. Надо было выйти замуж и завести ребенка, сидела бы сейчас дома… Я тряхнула головой — нет, с Лелькой я сейчас ни за что не поменяюсь местами. Любопытство пересиливало страх. И опасное желание быть рядом с Терсом — тоже.
— Я спать хочу.
Терс стянул с плеч теплую куртку, которую успел прихватить где-то по дороге, как и мою, постелил на землю около себя.
— Ложись.
— А ты?
— Я не замерзну, если ты об этом. Клади голову мне на колени, поработаю твоей подушкой.
Я надеялась, что отблески костра спрячут мои покрасневшие щеки. Во мне все перевернулось, когда я легла, устроив голову на нем, и его руки заботливо укутали меня сверху моей курткой.
— Будет все равно холодно, — предупредил он. — На рассвете, боюсь, ты совсем оледенеешь, поэтому я разбужу тебя раньше, и мы пойдем дальше.
Я не ответила, свернулась клубочком под курткой и закрыла глаза.
Его близость, прикосновение к нему сводило меня с ума. Если бы я была компьютером, я, наверное, сейчас бы зависла. Мозг был настолько перегружен мыслями и чувствами, что я просто уже ничего не соображала.
— Мне нужна перезагрузка, — пробормотала я и отключилась.
И уже не знаю, приснился мне или нет тихий смех Терса.
Во сне я снова видела, как мы пришли к Игорю. Я смотрела в его застывшее лицо и понимала, что он отлично знает, кто к нему пожаловал. Он даже не попытался защититься. Хотя Терс и не дал бы ему такой возможности.
