Через неделю я была готова вернуться в свою жизнь. Пусть и временно. Позвонила отцу, Лельке, сообщила, что я снова дома. Папа с усмешкой ответил, что давно в курсе, и даже привозил мне продукты. Но, хотя он «топал как слон», по его словам, я даже с боку на бок не перевернулась. Поинтересовался, как поживает «друг подруги». И я даже смогла ответить шуткой. Я не буду ничего ему рассказывать, он не сможет смириться с тем, что я навсегда исчезну из его жизни через год, и только зря потратит силы. Изменить это не получится даже у него. Если Человек Без имени говорит правду, а я уверена в этом, то все мои близкие просто забудут обо мне. Наверное, так действительно будет лучше. Что по этому поводу чувствовала я? Я еще не готова была копаться в своих чувствах, и просто отмахивалась от этих мыслей. У меня еще будет время подумать.
А вот с Лелькой мне очень хотелось поговорить, но ей предстоит скорая встреча с малышом, нельзя ее тревожить, да и не до моих проблем ей сейчас.
Вот и все. Больше у меня не осталось близких людей. Анжелика ушла, Йалу с Терсом для меня недоступны, как и я для них. Я осталась совсем одна. Впереди — целый год временной жизни. Какие дела мне завершать, если не нужно прощаться с близкими? Продолжать учебу? Найти работу? Или броситься во все тяжкие и начать искать приключения на некоторые места? Чтобы было, что вспомнить? Я ведь ничего не знаю о планах Человека Без имени на мой счет. Убежать, спрятаться от него? Но это невозможно, да и нет у меня такого желания, сама не знаю, почему. Я видела перед собой его переливающиеся глаза, и они приносили успокоение. Почему-то я начинала чувствовать себя защищенной и нужной. А я давно ничего подобного не испытывала. Даже с Терсом. Он любил меня, но мы все время помнили, что он принадлежит не мне. Все время, что я была рядом с Терсом, мои чувства были в таком напряжении, что приносили только опустошение. Я устала быть рядом с ним и Йалу и постоянно сдерживаться. Наверное, поэтому я почти с облегчением ушла с Человеком Без имени. Йалу хотела, чтобы я оставалась с ней, но она тоже поймет, что так будет лучше для всех. Для ее отношений с Терсом в первую очередь. Я скучала по ним обоим, но возвращаться назад уже не хотела.
Человек Без имени. Который вовсе и не человек, о котором я вообще ничего не знаю, кроме того, что его опасаются знакомые мне Хранители. Я помнила, какой ужас вызвал он во мне, когда я увидела его в первый раз. И как постепенно страх ушел, а взамен пришло спокойствие и доверие. Уж не влюбляюсь ли я в него? Но нет, в сердце до сих пор царил Терс, одна мысль о нем вызывала в душе взрыв эмоций. А Человек Без имени был как озеро Йалу — с ним рядом хотелось просто молча посидеть, разглядывая волны. Он охлаждал, успокаивал, дарил силу, Терс же ее забирал. А после всех событий последних недель мне хотелось тишины.
Мне хватило шести месяцев, чтобы захотеть уйти. Я перестала вписываться в свой прежний мир. Совсем. Я по-прежнему встречалась с друзьями, но чувствовала себя с ними не в своей тарелке, хотя никто этого не замечал. Я помирилась с женой отца, она и правда оказалась чудесным человеком, не зря ей так симпатизировала Анжелика. Она охотно простила мои прежние выходки и радостно принимала в их доме. Но это давно уже был не мой дом. Лелька была погружена в свою семью, в заботы о сыне. Конечно, мы продолжали встречаться и общаться, но я естественно отошла на второй план в ее жизни. И все-таки, даже зная, что подруга забудет меня, как только я исчезну из ее жизни, мне хотелось ей все рассказать.
Поэтому я попросила ее приехать ко мне. Одну. Мне кажется, что-то в моем голосе ее напугало, потому что она оставила сына мужу и примчалась ко мне уже через пару часов.
Мне пришлось рассказывать ей все с самого начала, ведь она до сих пор не помнила про Йалу, кроме того, что нам с ней успел рассказать и показать Терс. Тут я постаралась обойтись без подробностей. И только потом перешла к тому дню, когда мы с Терсом вышли из моей квартиры. Как мы отправились на поиски Йалу, как по дороге влюбились друг в друга, как нашли Йалу и познакомились с ее родителями. О Человеке Без имени. И о том, что он навсегда заберет меня через полгода неизвестно, куда и зачем.
Слова лились из меня непрерывным потоком, я так давно хотела выговориться. Лелька это поняла и не перебивала меня, хотя смотрела на меня округлившимися глазами, и я видела в них все ее чувства.
— Я позову его завтра, — закончила я.
Мы молча смотрели друг на друга. Минута прошла или час, я не поняла, когда Лелька немного пришла в себя от всей вылившейся на нее информации.
— Но ведь у тебя есть еще полгода, почему завтра?
— Не вижу смысла тянуть.
— Ты боишься?
— Нет. Правда, — ответила я на ее недоверчивый взгляд. — Он был прав, теперь у меня впереди только одна дорога. И там, по крайней мере, я буду не одна.
— А как же Терс?
Его имя неожиданно больно кольнуло.
