Не сумев окружить наши дивизии на правобережье Кубани, немецко-фашистское командование решило повернуть основные силы 1-й танковой армии на юго-запад, в направлении Майкопа и Туапсе, и во взаимодействии с 17-й полевой армией уничтожить советские войска в районе Краснодар, Новороссийск, Туапсе. На этот раз главный удар врага пришелся на 12-ю армию.
Против наших ослабленных частей и соединений и 1-го отдельного стрелкового корпуса противник сосредоточил 16-ю моторизованную дивизию, моторизованную дивизию «Викинг» и 13-ю танковую дивизию 3-го танкового корпуса. Фашисты имели огромное превосходство: в людях — в 4 раза, в танках — абсолютное, в артиллерии и минометах — десятикратное.
Несмотря на это, воины армии не только отступали в порядке, но и совершали дерзкие контратаки.
Например, в ночь на 5 августа сводным отрядом, состоящим из батальона Урюпинского военного училища и одного полка 318-й стрелковой дивизии, был нанесен удар по противнику, занявшему Ново-Михайловскую. К утру 6 августа фашистские захватчики были выброшены из населенного пункта и разгромлены на его восточной окраине.
6 августа после мощной авиационной и артиллерийской подготовки противник овладел городом Армавир и продолжал наступление на Майкоп. 12-я армия вела ожесточенные бои. Но силы были слишком неравными. 9 августа танковые части противника ворвались в Майкоп, захватили Белореченскую и предприняли яростные атаки на туапсинском направлении, пытаясь прорваться к побережью Черного моря.
Это направление стало самым основным и самым опасным на Северо-Кавказском фронте. С выходом противника в район Туапсе 47-я армия и все войска фронта, находящиеся в районе Краснодара, оказались бы в окружении.
Принятые Ставкой Верховного Главнокомандования и командованием Северо-Кавказского фронта меры по укреплению туапсинского направления благоприятно сказались на ходе боевых действий. Со второй половины августа советские войска начали оказывать врагу все более организованное сопротивление.
Опьяненные временными успехами, захватом большой территории на юге нашей страны, фашистские главари хвастливо заявляли, что потенциал советской экономики, моральный дух народа и Красной Армии окончательно подорваны. Геббельсовская пропаганда трубила на весь мир, что Красную Армию остается только добить, что окончательная победа рейха над Советами — дело ближайших дней, что задача захвата грозненской и бакинской нефти почти решена и падение всего Кавказа и Закавказья не за горами.
Для овладения Кавказом немецко-фашистские войска были объединены в группу армий «А», которой командовал до октября 1942 года генерал-фельдмаршал Лист, а затем генерал-полковник Эвальд фон Клейст. Поход на Кавказ рассматривался гитлеровским командованием прежде всего как танковый поход. Поэтому в состав группы армий «А» была включена мощная 1-я танковая армия Клейста, насчитывавшая свыше тысячи танков. В составе южной группы противника была хорошо моторизованная 17-я полевая армия генерала пехоты Руоффа, включавшая в себя 12 дивизий. Кавказской группе Гитлер подчинил румынские войска — шесть пехотных и две горнострелковые дивизии. Для ведения боевых операций на высокогорных участках Главного Кавказского хребта предназначался 49-й горнострелковый корпус. В него входили четыре дивизии, две из которых были укомплектованы тирольцами — прирожденными альпинистами, для которых горы были родной стихией. Эти дивизии уже имели опыт горной войны во Франции и Югославии.
Прикрытие танков с воздуха и расчистка пути для них были поручены первому асу Германии — генерал-фельдмаршалу Рихтгофену. Его армия насчитывала свыше тысячи самолетов.
Несмотря на тяжелую общую обстановку, советский народ, воины Красной Армии не падали духом, не теряли веру в победу. В действующую армию шло множество писем от трудящихся Грузии, Армении, Азербайджана, Дагестана и других республик и областей, в которых они призывали бойцов разгромить фашистские полчища у гор Кавказа. Нефтяники Баку писали воинам фронта:
