Лена быстро закончила свою стирку. Теперь во дворе висели разномастные пледы и одеяла. Сверилась с прогнозом погоды. Дождей не будет, а это значит, что можно спокойно смотаться в город. Заберет у Зарины документы на дом, чтобы этот Аслан успокоился наконец, купит продукты, краску и недостающую посуду.
С соседом сталкиваться не хотелось, поэтому Лена как шпион выглянула в окно, не отодвигая пыльных занавесок. По улице совершали свой утренний вояж до пастбища коровы. Лена открыла ворота, здороваясь со всеми соседями: знакомыми и не знакомыми. Завела машину. Все это время она усиленно старалась не смотреть на дом Аслана. В его окнах было темно и почему-то казалось, что хозяин сейчас выйдет, и снова будет пронизывать ее неоднозначными взглядами. Злилась на него за это.
Подумав немного о своих печалях, она решила, что нужно всё-таки поговорить со всеми родственниками начистоту. Зря она так истерично уехала, но и оставаться там представлялось ужасным. Да и надо было всем остыть и переварить сложившуюся ситуацию. Ладно, что сделано того не исправить. Она задвинет обиду подальше и поговорит с ними. Глупое сердце когда-нибудь перестанет болеть. Хороший урок она получила. Про себя решила, что никогда больше никого не полюбит. Никогда и никого!
К воротам подошла Лейла.
— Уже сбегаешь? — послышался ее ехидный голос.
— Нет, в город еду за продуктами и всякими мелочами. Я с собой почти ничего не привезла. Вечером вернусь или в крайнем случае завтра утром.
— Понятно, — в голосе Лейлы появились нотки разочарования.
Лене еще вчера поведение новой знакомой показалось странным. Вот интересно, чего этой женщине неймется?
— Смотри на коровье говно не наступи. Здесь по утрам ходишь, как по минному полю, — на этом она раскланялась и ушла.
Лена пожала плечами, подошла к воротам бабушки Икиан.
— Софья! Кто-нибудь дома есть?
— Тут мы, тут! — отзывались за воротами. — Ты что уже уезжаешь?
Софья была удивлена и даже расстроена.
— Я за покупками. Вам что-нибудь привезти?
— Если только мешок сахара, — рассмеялась Софья. — Ничего не надо. Как вернешься — к нам загляни. Бабуле ты очень понравилась. А хотя… Мой сын скоро из лагеря приезжает. Книги любит. Купи ему что-нибудь почитать, он фэнтези любит и приключения всякие, а здесь такое не найдешь. Ему 12. Я с тобой расплачусь.
— Не надо. Я ему свои книги привезу. Моя мини-библиотека дома осталась. У нас с твоим сыном, похоже, совпадают вкусы.
Она все-таки оглянулась, и взгляд ее вновь уткнулся на темные окна соседского дома. Софья тоже туда посмотрела.
— Он ускакал в горы, сказал нам передать тебе, чтобы ты «была человеком и подумала о продаже дома».
Софья пожала плечами и еле сдержала улыбку. От чего-то ее забавляло их зародившееся противостояние.
— Видимо, я нелюдь, — улыбнулась ей в ответ Лена. — Скоро вернусь. Пока.
Дорога до города пролетела незаметно. Страшно не хотелось ковыряться в кровоточащих ранах на сердце в присутствии родственников, но придется. Лестничный пролет оказался куда длиннее проделанного пути. Сейчас она откроет дверь, и начнутся расспросы.
Но тут начал трезвонить мобильник. Номер был незнаком. Сомнений она не испытывала — это Давид. Сердце в груди горестно заныло. Почему никто еще не придумал лекарство от любви? Глубоко вздохнув, она подняла трубку. Только бы не заплакать. Только бы не задрожал голос. Лена отчаянно старалась взять себя в руки. Вдох-выдох.
— Ты меня, что… в черный список добавила? — послышалось из трубки.
— Здравствуй, Давид. Тебя что-то удивляет? Говори, что тебе надо, а после этого забудь мой номер, пожалуйста.
Долгое злое сопение в ответ.
— А если не забуду, что тогда?
— Давид, тебе не стыдно передо мной? Совсем не стыдно? Кто я вообще для тебя?!
— Я к тебе серьезно отношусь, Лена. Хочу жениться на тебе.
— Понятно. На одних мы женимся, а с другими спим. Но теперь, как настоящий джентльмен, ты должен жениться на моей сестре. А я не хочу с тобой разговаривать. И видеть тебя больше не хочу. Я просто заведу привычку не брать трубку на незнакомые номера.
— Где ты ночевала?
Вопрос был задан таким обвинительным и грубым тоном, что Лена растерялась. Сначала захотелось оправдаться, но она мысленно себя одернула. Не должна перед ним мямлить и все. Она сильная и независимая женщина, в конце концов.
— Это не твое дело.
— Пока ты моя девушка, это будет моим делом.
— Ха! Еще раз. Я больше не твоя девушка, слава богу! По-моему, ты с недавних пор с кем-то меня путаешь. Спрашивай теперь с Мадины. Надеюсь, что она для тебя достаточно хороша. Повторяю: не звони мне больше.
— Я тебя в кафешке жду, и не опаздывай, ты знаешь, как я не люблю, когда опаздывают.
На смену горькому разочарованию, которое мучило ее, пришла, наконец, отрезвляющая злость:
— Я не опоздаю, потому что не приду. Пока!
Он ее ни разу не услышал. Ни разу! Она для него никто. Всегда была пустым местом.
Глава 10. Дядя Мурат
