Макс и его люди снова заперлись в кабинете, а к нам в гостиную вышли Лиза и Василиса. Оказалось, ночью Игнату Семеновичу стало плохо. Он практически не спал, и только под утро удалось его уложить. Сама кухарка выглядела не лучшим образом — бледность, круги под глазами и искусанные до крови губы. Лиза села рядом со мной и крепко обняла. По ее заплаканным красным глазам было видно, что и она давно проснулась, если вообще спала.
— А где Салим?
— Куда-то уехал. Еще ночью. Эрик отправил его по каким-то делам. Не знаю, мне не сказали.
— Женя еще спит?
— Мы не стали ее будить. Еще рано. К тому же, ей проще, она не успела привязаться к нашей Софи.
Неожиданно в гостиной зазвонил телефон, и все вздрогнули. Василиса тут же бросилась звать Макса. Он взял трубку, а мы замерли от волнения, но звонок был от Эрика.
— Они не позвонят на домашний, — прошептала Василиса, — не захотят попадать на общую линию. Свяжутся с Максимом по-другому.
— Ты права, — вздохнула Лиза, — я пойду приготовлю завтрак. Всем нужно поесть, пока мы не стали падать в голодные обмороки.
— Правильная идея, Лиз, — подошел к нам Максим, — будь добра, что-нибудь легкое горячее для девушек и мясное для мужчин. Нам всем нужно подкрепиться.
— Хорошо, — кивнула Лиза и поспешила на кухню.
— Тань, тебе нужно отдохнуть. Всю ночь не спала, — сказал Макс, взволнованно рассматривая мое осунувшееся бледное лицо.
— Все нормально. К тому же, я выпила кофе и не усну. А тебе ничего не нужно? Может быть, еще кофе или чай?
— Только чтобы ты была рядом.
— Я с тобой…
— А папа еще не встал? — Максим окинул взглядом гостиную и только сейчас заметил, что Игнат Семенович не спустился.
— Он спит еще, — криво улыбнулась Василиса, — снотворное ему дала, лег только под утро.
— Хорошо. Я в кабинет.
К полудню ситуация не изменилась. Похитители так и не вышли на связь, а мы не находили себе места. Надо отдать должное Жене, как только она встала, принялась заниматься домашними делами: организовала горничных, помогла с обедом, приносила нам кофе или чай. Люси снова стало плохо, и они со Славой поднялись наверх. А Игнат Семенович пришел в себя и спустился в гостиную, но смотреть на старика было страшно. Володя и Максим тоже были с нами. При всем своем мужестве, они оба выглядели совершенно раздавлено.
Я не отпускала руку Макса, хотя какая могла быть от меня поддержка, когда я сама находилась на грани истерики. Все время я думала о моей малышке. Как она там одна? Хорошо ли ее кормят и кормят ли вообще? Не обижают ли? Софи очень боялась, и пусть она была далеко, я чувствовала ее страх.
В гостиную вошел Эрик и сообщил Максиму, что группа захвата готова и ждет распоряжений босса. Макс решил лично побеседовать с людьми, и они с Эриком пошли на задний двор. Пока его не было, я спросила у Кирилла Степановича, почему не звонят похитители, ведь прошли почти сутки.
— Эти люди — мастера своего дела, они свяжутся с Максимом Игнатьевичем тогда, когда Софи будет в надежном месте, потому что если наш начальник узнает, где держат девочку, им несдобровать, — ответил мужчина и тяжело вздохнул, — не просто так это случилось, предупреждал я Максима…
День был настолько изматывающим, что к девяти вечера все стали расходиться по комнатам. Только мы с Максом, Володя и Женя остались караулить звонка. Молчание телефона убивало… Это напоминало пытку водой, с каждой минутой звук падающих капель становится все невыносимее и, в конце концов, человек не выдерживает.
— Макс, вам с Таней надо поспать. Хотя бы несколько часов, — не выдержал Володя, когда часы в гостиной пробили полночь.
— Не хочу спать, — огрызнулся Максим.
— Слушай, не мне тебе рассказывать, что в такой ситуации нужно быть отдохнувшим. Если нам придется срочно выезжать, ты должен быть собран и организован! — строго возразил Владимир, — я буду ждать звонка, потом, когда отдохнешь, спать уйду я.
— Хорошо… Таня, ты идешь со мной, — безапелляционно заявил Максим и подал мне руку. Я не могла ему отказать, тем более что сама уже валилась с ног. От бессонной ночи, литров кофе и чая уже тошнило.
— Жень, если ты не устала, составишь мне компанию? — обратился Володя к девушке, и ее щеки смущенно заалели.
— Конечно.
Поднявшись наверх, я хотела пойти в свою комнату, но Макс не отпустил и потянул меня к своей спальне. А у меня не было ни сил, ни желания спорить. Тем более, мы слишком нуждались друг в друге.
— Надо принять душ и спать, — сказал Макс, раздеваясь прямо при мне.
— Да… — пробубнила я и отвернулась. Я понимала, что сейчас в его действиях не было никакого сексуального подтекста, но все равно смутилась.
— Идем, — он снова взял меня за руку и повел в ванную.
