– Те заперлись в машину с пивом и рыбой, представляешь, какой они мне здесь гадючник устроили, да еще и платить отказались. Так что пришлось вызывать ребят, нас солнцевские крышуют. Пацаны тут же подскочили, так что пришлось им как миленьким раскошелиться и на оплату поездки, и на мойку машины, и даже на моральный ущерб, – смеется водитель. – Обхохочешься на этих пассажиров. А потом подвозил еще одного, типа тебя, такого же солидного, спокойного дядечку, а тот, представляешь, расплачиваться не захотел. Снова пришлось ребят тревожить. Те его обыскали, прикинь, в трусах нашли зашитыми три тысячи баксов. Так он им сам и деньги отдал, и баксы подарил.
– Странно, – размышляет вслух отец Федор, – но сто шестьдесят пять рублей – это же не так дорого, почему же люди отказываются платить?
– Так это же по нашему тарифу за один километр, – уже заходится от смеха таксист.
– Достал я калькулятор, – рассказывал потом отец Федор, мой сосед, – перемножил тариф на километраж, и у меня волосы встали дыбом. «Стой! – кричу. – У меня таких денег нет!» – «Ничего, – веселится шофер, – отдашь что есть». Подвез меня к ближайшей станции метро, а там нас уже ждут молодые, крепкие парни и тоже улыбаются. Вывернул он у меня карманы и забрал деньги. «Ладно, – говорит, – иди с Богом, остальные в следующий раз довезешь», – и снова расхохотался. Я уже было пошел, а он вдруг догоняет и протягивает немного мелочи: «На, возьми вот, это тебе на метро и пирожок». Видать, еще не совсем пропащий человек этот таксист, другой бы и на булочку не дал, а этот пожалел. А вообще, я так понял, в Москве живут веселые люди.
Нас с отцом Федором поселили в одном номере, а потом определили на постой еще и отца Антония.
Уже поздно вечером мы услышали осторожный стук в дверь и тихое:
– Молитвами святых отец наших…
– Аминь. – Это мы с отцом Федором отвечаем в унисон. И на пороге появляется сперва огромного размера рюкзак, а за ним, словно бесплатное приложение, монашек маленького росточка со светлыми редкими волосами, собранными сзади в хвостик. Сильно окая, он нам поклонился и произнес:
– Отцы честные, благословите, меня зовут монах Антоний. Вот приехал к вам на конференцию по благословению отца наместника из Н-ского монастыря. Вообще-то это наш отец наместник должен был ехать, он у нас человек зело ученый, но не выбрался и благословил меня. «Поезжай – говорит, – отец Антоний, посиди там среди умных людей, послушай. Ты в Москве-то, чай, еще и не был? – спрашивает. – Ну и ладно, вот и столицу как раз посмотришь, в метро на лестнице покатаешься. И самое главное – в монастырь к преподобному Сергию съездишь, помолишься у мощей за братию». Я и поехал. Вот везу лаврским монахам целый рюкзак гостинчиков из наших краев.
Как забавно было слушать человека, всю жизнь лет до тридцати пяти прожившего у себя в монастыре одной из наших северных епархий, а потом волей отца игумена оказавшегося в огромном городе.
– В метро вышел из вагона и пошел на выход. Смотрю, а перед лестницей толкучка. Мешает кто-то людям проходить. Подхожу, а это бабушка-узбечка боится, сердешная, на эскалатор ступить, вот и создает пробку. Люди спешат, толкают бабушку, ругаются, а помочь старому человеку никто не поможет. Жалко мне ее стало, взял старушку под руку: «Пойдем, мать, я тебе пособлю», – и совсем перегородил дорогу. Народу деваться некуда, поднатужились и закинули нас с бабушкой-узбечкой и моим рюкзаком на лестницу. Так и доехали, слава Богу.
В течение нескольких дней мы участвовали в пленарных заседаниях, работали на секциях, а по вечерам собирались у себя в номере. И начинались разговоры, продолжавшиеся далеко за полночь. По вечерам, чтобы делегаты не скучали, привозили артистов, а однажды к нам приехали мастера русских боевых искусств. Всего их было трое – мастер, создавший свою оригинальную систему, и двое его учеников. Когда смотришь на сильных, здоровых мужиков, радуешься, что не перевелись еще в нашем народе богатыри. Сам мастер небольшого роста, можно сказать, для спортсмена даже излишне полный, но весь словно одна сжатая пружина, способная мгновенно раскрыться и сразить противника наповал. Среди делегатов конференции были и те, кто в свое время занимался боксом или восточными боевыми искусствами. Кто-то из них, продолжая спортивные традиции, до сих пор тренирует у себя на приходе мальчишек. Имя мастера, создавшего собственную систему рукопашного боя, и до этого дня было у многих на слуху, потому посмотреть на него пошел даже я с моими новыми друзьями.
