Даже старые опытные сыщики, до сих пор работавшие весьма успешно, в наши дни как-то скисают и терпят неудачи. Известный герой П.Шестакова Мазин в одной из последних книг “Он был прав” производит весьма жалкое впечатление. Во-первых, писатель оттеснил героя на второй план, поручив расследование преступления двум второстепенным личностям, оставив Мазину роль резонера-морализатора. Во-вторых, с первых же страниц становится ясно, что цель выбрана неточно, что главный мелкий “мафиози” не утонул, что суета вокруг бриллиантов во многом надумана и мелка для реалий сегодняшнего дня. Но Мазин хоть резонерствует, Гуров — рассыпает сентенции (“Что выросло, то выросло”, “Если бы у бабушки были колеса, была бы не бабушка, а трамвай” и т. п.), а вот герою романа Черкасова “Крутой опер” Сергею Кузнецову и думать-то некогда: “Преступники должны сидеть или умереть и никто не мешает крутому оперу довести их до тюрьмы либо могилы…” И для этого все средства хороши. Видимо, не случайно герой повести Ф.Волкова “Дембель против ментов” начинает свои разборки, прежде всего, с продажными “защитниками законопорядка”. И, пожалуй, опытный сыщик — герой нескольких книг петербуржца Н.Филатова капитан Виноградов, то разыскивающий похищенные ядерные заряды, то расследующий убийства нелегальных иммигрантов, вряд ли пробьет брешь в сложившемся негативном мнении о сотрудниках правоохранительных органов. Чувствуя это, некоторые писатели, проявляют чудеса находчивости, заставляя своих героев побеждать там, где по законам жанра побеждать бывает весьма и весьма трудно. Крепкий герой В.Силкина капитан Алексей Макаров даже целый месяц учится на спецкурсах: “месяц, наполненный работой с опытными специалистами, тестами, специальной подготовкой, проводившийся почти без выходных, по десять часов в день…” Теперь бравый капитан готов к выполнению специальных заданий, связанных во многом с малообъяснимым и загадочным…
Милицейские сыщики и следователи прокуратуры за последнее время очень изменились. Они уже не те рыцари в белых одеждах, имеющие одно-единственное желание — раскрыть преступление и не имеющие зачастую даже личной жизни. Неожиданно оказалось, что они такие же живые люди, а отнюдь не “раскрашенные марионетки”. А так как наше общество меняется далеко не в лучшую сторону, перемены в этом же направлении произошли и здесь. “С преступниками надо бороться их же методами”, - говорит один из героев милицейского криминального романа. А методы у преступников крайне жесткие — кулак, пытка, пуля… Увы, и милицейское сообщество берет на вооружение эти же методы. Это неправильно, незаконно. Но это есть. “Кулак иной раз может дать результат быстрее, нежели рассуждения”, - говорит опять же один из героев криминального произведения. Может быть, истинный детектив у нас и скончался потому, что преступников много, а сыщиков мало? И им некогда думать. Однако существует еще одна группа расследователей, которых никогда (если не считать самой ранней поры) не было ни в советском обществе, ни в остросюжетном романе. Мы имеем в виду частных детективов, о делах которых уже успели написать достаточно большое количество книг.
Впрочем, этому явлению посвящена следующая глава.
А сейчас — краткое резюме. Чем же отличается милицейский криминальный роман от уходящего в тень милицейско-производственного?
Во-первых, героями. Старый милицейский сыщик был вял и неповоротлив. Он тяжело ворочал мозгами, но был цепок и прозорлив — преступника почти всегда ждало разоблачение. Милиционер новой формации зол, шустер, быстро соображает, но также легко и отступается. Преступления раскрываются как в современных западных романах — не путем логического мышления, а путем применения кулака, в лучшем случае — словесных угроз с провокацией.
Во-вторых, в отличие от старого милицейского детектива, маленький коллектив сыщиков чаще всего действует в одиночку, не рассчитывая на поддержку общественности, даже, бывает, наоборот.
В-третьих, изменился и облик героя: сегодня уже не понять, где хороший герой, а где плохой антигерой, ибо хороший также пьет, сквернословит, дерется, берет взятки. Достаточно часто хороший герой бьет по своим — агентам ФСБ, других спецслужб, мешающих ему решить сверхзадачу. Напротив, преступник бывает честен, справедлив, интеллигентен. И вообще, преступник ли он, когда берется собственными руками восстановить попранную справедливость? На наш взгляд, плохо, когда остросюжетное произведение грешит назидательностью, но, пожалуй, не лучше и тогда, когда во многих книгах размыты границы зла и добра, а преступник выглядит куда симпатичней, нежели его преследователи… В-четвертых, по мере развития демократии постепенно меняется и сверхзадача детектива: от борьбы с рэкетом и лжекооперативами к расследованию “свершений” организованной преступности и противостоянию государственным преступникам.
