— Никаких но! — рассердился парень. — Я никуда не поеду, и точка на этом!
Я откинулась на сиденье, понимая, что переубедить Лёшу не получится. Если уж он что-то решил, то всё.
— Обиделась? — через минуту спросил он.
— Да, — решила я сыграть на его чувствах и демонстративно отвернулась к окну.
— Ну ладно, перестань. — Остановив машину на светофоре, Лёшка перегнулся ко мне и поцеловал в щёку. — Наташ, ну не дуйся! Что мы с тобой ругаемся второй раз за утро?
— Мы не ругаемся, — всё-таки повернулась я к нему. — Я просто за тебя переживаю.
— Не надо за меня переживать, — заулыбался Лёша. — Я живучий, со мной ничего не случится.
— Сплюнь, — поёжилась я при его словах. — Не сглазить бы.
— Ты такая суеверная? — удивился он, и в этот момент одновременно раздался сигнал клаксона и звонок мобильного у меня из сумки.
Оказывается, на светофоре уже давно горел зелёный свет, а сзади нас образовалась приличная пробка. Выругавшись, Лёша тронулся с места. Я вытащила телефон. Звонила моя соседка.
— Что случилось, Люда?
— Наташ, ты дома? — голос её звучал напряжённо.
— Нет, а что? — заволновалась я.
— У тебя дверь в квартиру открыта, я заходить побоялась, решила позвонить сначала.
— Как открыта? — перепугалась я.
— Ну вот так! Я с ночной вернулась, своей дверью хлопнула, и сквозняком твоя створка приоткрылась. Я заглянула, стала звать тебя — тишина. Вот и звоню теперь.
— Людочка, постой, пожалуйста, на площадке! Покарауль дверь! — взмолилась я. — Мы сейчас будем!
— Ну вот ещё, делать мне больше нечего! — фыркнула соседка и отключилась.
— Лёш, разворачивайся, — скомандовала я. — Покой нам только снится.
Входить в квартиру было страшно, но стоять на лестничной клетке и смотреть на приоткрытую дверь — ещё страшнее.
— Я прихожу, а она вот так вот, — указала рукой на мою дверь высунувшаяся из своей квартиры Люда. Увидев рядом со мной Лёшу, она тут же кокетливо поправила волосы и одёрнула край домашнего платья. Я испытала укол ревности.
Люду можно было назвать настоящей красавицей. Высокая, стройная, с длинными, до пояса, рыжими волосами и широко распахнутыми зелёными глазами. Она меняла мужчин словно перчатки и звонко хохотала, когда очередной отвергнутый ею несчастный называл её ведьмой. Даже дома Люда никогда не натягивала на себя халат или спортивный костюм — нет, она ходила по квартире в симпатичных платьицах и мягких туфельках на невысоком каблучке. Волосы, свою основную гордость, она почти всегда носила распущенными.
И вот теперь представьте, стоим мы рядом — она, такая нимфа, откровенно пожирающая Лёшу своими бесстыжими глазами, и я, усталая, замотанная, в перепачканной одежде, с кое-как связанными волосами, с синяками и без никакой косметики на лице.
— Стой здесь, я посмотрю, — велел мне Лёша, даже не взглянув в сторону Люды, чем несказанно обрадовал меня.
— Нет, я с тобой, — вцепилась ему в рукав я.
Он не стал возражать. На цыпочках мы вошли в прихожую и прислушались. В квартире царила тишина, было слышно даже журчание воды по батареям.
— Ну чего вы замерли, пошли дальше, — поторопила нас Люда, увязавшаяся следом.
Кинув на неё испепеляющий взгляд, я смело обогнула Лёшу, толкнула дверь в гостиную и закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Комната была перевёрнута вверх дном. Одежда из шкафов вывернута на пол, бумаги, папки, файлы, хранящиеся в ящиках стола, неаккуратной кипой лежали на его поверхности.
— Господи! — тихо ахнула за спиной Люда и попятилась к двери. Через минуту она скрылась в своей квартире.
— Посмотри, что украли, — велел Лёша, а сам скрылся на кухне.
Сдерживая рвущиеся из груди рыдания, я обошла одежду и, открыв шкаф, уставилась на пустую коробку, где раньше лежали деньги. Со злостью швырнув её на пол, я подошла к серванту и открыла коробку, где хранила свои немудрёные драгоценности. Она тоже была пуста.
— Всё украли, — подняла я глаза, полные слёз, на Лёшу, застывшего на пороге кухни. — И деньги, и драгоценности. Хорошо хоть, мамин подарок был на мне.
— Не реви. — Лёша шагнул ко мне и прижал меня к груди. Обхватив его руками, я захлюпала носом. — А я говорю тебе: не реви. Деньги — это ерунда. Лучше подумай, что было бы, окажись ты дома, когда сюда влез грабитель. Он мог покалечить тебя. А так взял всего лишь деньги.
— Ага, все деньги! У меня ничего не осталось! Знаешь, сколько я работала, чтобы их заработать?
— Представляю, — кивнул Лёша. — И всё же. Знаешь, есть такая народная мудрость — уж не знаю, в какой стране она появилась, но там говорят: «Господи, спасибо, что взял деньгами».
— Это всё не случайно. — Я отстранилась от Лёши и тяжело вздохнула: — Не бывает таких совпадений.
— Хочешь сказать, это как-то связано с нашим делом? — вскинул брови Лёша.
— Возможно, — чуть подумав, ответила я. — Но я не это имела в виду. Не верю, что сюда могла заявиться Вика и обокрасть меня. Скорее, это Валера. Он просил у меня денег, он уже однажды влезал ко мне, взломав замок. Что мешает ему повторить попытку? Он знает мою привычку всё хранить на виду, он мог проследить, что дома меня нет.
