— Нет, — вздохнул Лёша. — Его мать ничего не знает о сыне, говорит, не видела уже год. Она, конечно, могла и соврать, но что-то мне подсказывает, что это правда. Прости.
— За что ты извиняешься? — изумилась я. — Ничего удивительного. Родители Валеры — люди суровые, они не стали бы мириться с его пристрастием к рулетке, или картам, или во что там ещё играют в казино!
— Не расстраивайся, пожалуйста, — попросил Лёша, утыкаясь носом мне в волосы. — Теперь уже ничего не поделаешь.
— Да ладно, я уже успокоилась, — призналась я. — Не было бы хуже, а деньги заработаю!
— Вот и правильно! — одобрил моё настроение Лёшка. — Собирайся, поедем в гости к Елизавете Аршининой. Очень уж мне хочется пообщаться с этой девушкой.
— Я думала, ты сначала поедешь к отцу, — напомнила ему я.
— Нет, — покачал головой Лёша. — Звонила тётя, сказала, что папу переводят в палату сегодня, во второй половине дня. Вот тогда и съезжу.
— Ему стало лучше? — обрадовалась я.
— Да какое лучше в его состоянии! — махнул рукой Лёша. — Просто миновал кризис, реанимация ему не нужна. Но операцию делать всё равно придётся.
— Это очень опасно?
— Не опаснее любой другой операции. Проблема в другом.
— В чём? — насторожилась я. — Операция платная?
— Нет. Проблема уговорить отца. Он ненавидит лечиться и постоянно повторяет, что проживёт столько, сколько Бог отмеряет.
— Ну может, ему на роду написано жить долго, только для начала нужно чуть-чуть полечиться, — засмеялась я.
— Попробуй докажи это старому упрямцу! — посетовал Лёша и распахнул дверь. — Пойдём.
Дом, где жила Лиза, смотрел на мир выбитыми стёклами окон. Обшарпанные стены, висящая на одной петле дверь подъезда и разбитые ступеньки. Рядом с подъездом ни одной клумбы, ни одной скамейки, где бы сидели любопытные, всезнающие бабульки.
— Ты уверен, что этот дом жилой? — недоверчиво спросила я, выглядывая из окна машины.
— Уверен, — кивнул Лёша, припарковываясь. — Смотри, на верхних этажах вполне приличные окна, а квартира Лизы аж на девятом. Идём.
Войдя в подъезд, мы нерешительно остановились у лифта. Это была старая кабина с проволочной дверью.
— Может, лучше по лестнице? — жалобно предложила я.
— У тебя клаустрофобия? — хмыкнул Лёша, насмешливо взглянув на меня.
— Нет, просто эта конструкция не вызывает у меня доверия, — призналась я. — Вдруг она застрянет? Там наверняка даже нет кнопки вызова диспетчера!
— Ну почему лифт должен застрять? Потому что ты в него села? Я не хочу тащиться на девятый этаж пешком!
— Ты же оперативник, значит, должен быть в отличной спортивной форме!
— Спорное утверждение! — захохотал Лёша. — Надо тебя сводить на экскурсию в наше отделение, показать, какие спортивные оперативники у нас есть!
— Ну ты-то у меня в отличной форме!
— Не подлизывайся! — не поддался на провокацию Лёшка. — Садись в лифт!
Пришлось мне, вздыхая, залезать в кабину. Лифт на удивление легко и быстро доставил нас на нужный этаж.
— Ну что, сильно страшно было? — поддел меня Лёшка, выходя на площадку.
— Сильно, — решила не сдаваться я. — Назад точно пойдём пешком! Спускаться — не подниматься!
— Нет, она уже думает, как назад будет идти! — смешно всплеснул руками Лёшка. — В дверь звони давай! Ты не забыла, по какому мы здесь делу?
— Забудешь тут! — пробурчала я себе под нос и ткнула пальцем в звонок. В квартире тут же раздался многоголосый лай. Я отпрянула от двери.
— Она что там, целую стаю псов держит?!
— Не думаю, — отозвался Лёша и, когда лай стих, опять нажал на кнопку. Лай возобновился. — Это звонок такой.
— Ужас, — зябко поёжилась я. — Так и инфаркт можно заработать. Представь, если кто-нибудь придёт, когда ты спать будешь? Просыпаться под этот вой! Бр-р-р…
— Привыкла, наверное, или собак очень любит, — пожал плечами Лёша. — А девушки нашей, видимо, дома нет.
— Это что, мы зря приехали? — разочарованно протянула я. — И на лифте этом жутком зря поднимались?
— Дался тебе этот лифт, — пробурчал Лёша и позвонил в квартиру напротив.
Оттуда сразу же высунулась сгорбленная бабушка, этакий божий одуванчик, в цветастом халате.
— Здравствуйте! — на всякий случай громко поздоровался Лёша. — Мы ищем вашу соседку, Лизу Аршинину. Вы не знаете, где она?
— Ты чего кричишь-то, милок? — поморщилась бабушка. — Чай не глухая. А где Лизка-то, не знаю, давно её уже не видала.
— Как давно? — заволновалась я. — Можете хотя бы примерно сказать, когда в последний раз её видели?
— Ну неделю где-то назад, может, чуть больше.
Мы с Лёшей переглянулись, видимо, подумав об одном и том же. Лиза исчезла как раз в то время, когда убили Антона!
— А вы кто такие? — проявила бдительность старушка.
— Мы из милиции, — протянул ей удостоверение Лёша.
— А что Лизка натворила-то? — испугалась бабушка. — Она такая хорошая, вежливая, приветливая! Не могла она ничего дурного сделать!
— Скажите, а родственники у неё есть? — цеплялся за последнюю соломинку Лёша.
— А чего мы стоим-то? — опомнилась старушка. — Проходите, чаю попьём.
