А я надеялась, что нет, но воздержалась произносить это вслух. Когда отец отлепил от меня хищный взгляд, я отступила в сторону, пропуская его к лифту. Оставшись наконец одна, с облегчением выдохнула и развернулась, услышав приближающие шаги. Гадать, кто шел по коридору, не пришлось.
– Помоги нам с Ангелиной вытащить отсюда Ала, – попросила Надия, а в глазах бессмертной сверкнула боль.
Войдя в палату, в которой еще недавно лежала под капельницами Анжи, я не сразу узнала в бессмертном, сидевшем на коленях на полу возле кровати, того самого Ала. Того, кто всегда разбрасывался шуточками и, соблазняя, заманивал жертв в свои сети. Сейчас он не был похож на охотника и на хищника, обрывающего нити жизни людям, а, скорее, напоминал потерянного ребенка, что стоял и не знал, куда ему идти.
Подойдя к Алу, я положила руку ему на плечо и увидела, где сейчас находится душа охотника и что испытывает. Охотник отключился от реальности и попал в лабиринт, в котором бродили души и горели алые розы, что когда-то цвели и плелись по каменным стенам. Ал бежал и взглядом искал среди тысячи душ ту, которую не мог отпустить. Не мог смириться и принять факт: Анжи ушла не потому, что ее убил вирус, а потому, что она отпустила свое прошлое и получила ответы на вопросы, что мучили ее сотни лет. Закрыв глаза и оказавшись там, в проклятом лабиринте, я схватила Ала за руку и мысленно, после того как встретилась с его взглядом, попросила: «Отпусти ее, пожалуйста».
Мое сердце пронзила такая боль, как если бы в меня воткнулось несколько десятков шипов, которые сбросили с себя розы, а в следующий миг я погрузилась в лабиринт воспоминаний Ала, увидев, с чего все начиналось у него с Анжи. После того как я отвергла Александра, его сердце собрала по осколкам и вернула ему обратно моя сестра-близняшка. Так, я увидела момент, где Анжи одарила охотника ангельской улыбкой и села за рояль, и услышала ее фразу, которая и вдохнула новую жизнь в Ала: «С этого момента я буду вашей музой». Картина сменилась, и теперь вместо величественного зала появился сад, в котором Анжи репетировала с Алом вальс. Они танцевали, запутывались, сбивались с ритма, но не переставали смеяться и с любовью смотреть друг на друга так, будто знакомы были уже вечность. Я вдруг почувствовала себя вором, который пробрался в чужой дом и украл счастье хозяев. То, на чем держался мир Ала. То, за что он цеплялся, чтобы не упасть в пропасть и не утонуть во тьме.
«Для тебя я буду звездой, которая никогда не погаснет», – эхом пронеслись слова сестры, и ко мне пришли следующие воспоминания, в которых Анжи смотрела на ночное звездное небо. Но когда она перевела взгляд на Ала, воспоминание погасло.
Охотник заметил, что я путешествовала у него в воспоминаниях, и вытолкнул меня. Вернувшись вместе с ним в реальность, первое, что я получила от него, – переполненный болью взгляд. В изумрудных глазах хищника не пылал огонек азарта, а отражалась бездна, в которую падала сейчас его разбитая душа. Я сжала крепче плечо Ала и заставила охотника взять себя в руки и выбраться из той бездны.
– Пройди свой лабиринт и освободи себя от прошлого ради нее, – процедила я, заглядывая в глаза охотника.
Кажется, мои слова подействовали на Ала, и это не могло не обрадовать меня. В последний раз бросив взгляд на кровать, на которой недавно лежала Анжи, охотник встал и молча покинул палату. Мы с Надией и Ангелиной недоуменно переглянулись и выбежали втроем следом, не забыв захватить наши пальто и кожаную куртку Ала со стула.
Оказавшись на улице, мы с девочками стали свидетелями следующей картины – Ал, подняв голову в небо и наплевав на ливень, лег на асфальт и раскинул руки в стороны. Что, черт возьми, с ним происходит?! Я смотрела на все это, и в голове не складывался образ охотника до и после. Ощущение, будто Ала подменили.
– Кажется, ему нужно время на принятие, что Анжи нет больше, – сказала Ангелина, тяжело выдохнув.
После ее слов я поняла, что лабиринт разрушать намного сложнее, чем я изначально представляла. На сегодняшнем примере убедилась, что, освободив одного от тьмы и прошлого, я сталкиваю в пропасть другого. Какая же я жестокая стерва! Однако, как бы я ни ругалась на себя, пришлось смириться и действовать дальше по плану, несмотря на боль, которая разрывала на части душу и мое сердце, когда розы в лабиринте становились белыми, а бессмертный покидал этот погрязший во тьме мир. В голове вдруг вспыхнула идея, и я не стала ее откладывать в дальний ящик, ведь кто знает, что ждет нас завтра и будет ли еще шанс наверстать упущенное.
Я подошла к Алу и легла на асфальт рядом с ним, повторив его позу. Теперь мы оба были словно упавшие с неба звезды.
– Вы сумасшедшие! – воскликнула Надия, оставшись стоять с Ангелиной у главного входа больницы под навесом.
Я улыбнулась, закрыв глаза и наслаждаясь моментом.
– Мы проживаем эмоции и чувства, не пряча их. – Повернула голову к охотнику, я открыла глаза. – Если тебе хочется кричать сейчас – кричи. Если плакать – плачь, но только не молчи. Молчание лишь сделает твою боль сильнее.
