-- О чём? -- Марина вскакивает с места и хватает распечатки. -- Вот все данные! Тут. Ничего. Нет! Смирись уже! Дима -- прекрасный человек, и ты, в силу своей испорченности, просто не можешь это принять! Тебе обязательно надо опустить его на свой уровень, чтобы увидеть в нём человека! Это мерзко, даже для такой личности, как ты...
Когда именно Андрей оказывается рядом, Марина не успевает заметить. Увлекшись сбросом накопившегося негатива, она захлёбывается словами и затравленно смотрит в лицо замершего прямо перед ней брата. Она не боится его, потому что для физической расправы за обиды они уже слишком взрослые, но сейчас в его глазах плещется нечто совсем незнакомое, и душа невольно застывает.
Андрей подходит вплотную к Марине, заставив её попятиться. Она упирается задом в край парты и невольно отклоняется назад, чтобы хоть немного увеличить расстояние между ними, но Андрей и не думает останавливаться: он придвигается ещё и практически вжимает ладони в столешницу позади Марины. Её ноги отрываются от пола.
-- Никогда не играй с огнём, -- его голос отзывается грозовым рокотом где-то в груди, -- иначе он начнёт играть с тобой.
Марина смотрит в его потемневшие от гнева глаза и судорожно сглатывает. Она по-прежнему гонит от себя страх мыслями, что он всё-таки её брат, но спина всё равно деревенеет.
-- Ты меня пугаешь, -- хрипит Марина, пытаясь дотянуться до пола хотя бы носками туфель, но тело Андрея мешает ей шевельнуться.
Зад начинает болеть из-за неудобного сидения.
-- А ты меня бесишь, -- почти миролюбиво отвечает Андрей.
Марине горько слышать подобное в его исполнении, но такое отношение для неё уже давно не секрет. Невозможно любить родственника и одновременно с этим втаптывать его в грязь.
-- Но знаешь, мелкая, что самое противное в этой ситуации? -- Андрей поворачивает голову и почти задевает губы Марины носом. Она дёргается и ошеломлённо моргает, пытаясь сделать вдох, но лёгкие будто замирают, сдавленные невиданной силой. -- Я всё равно не могу тебя возненавидеть. Хочу, но не могу.
Андрей со стоном упирается лбом в плечо Марины и затихает, в то время как её сердце готово проломить рёбра и выпрыгнуть наружу. Таким искренним и... беспомощным Андрей не был с ней давно, поэтому её сперва подбрасывает до самого потолка эйфорией, а затем расплющивает о пол осознанием смысла сказанного.
-- Зачем тебе меня ненавидеть? -- Во рту так сухо, что язык еле шевелится, но Марина перебарывает неприятное ощущение, потому что ей действительно интересен ответ.
Однако Андрей лишь усмехается и неожиданно сгребает её в объятия.
-- Т-ты!.. -- ахает Марина, но он перебивает её.
-- Мелкая, -- бубнит он, -- давай всё-таки проверим твоего Диму.
-- Опять ты за своё? -- ворчит Марина, зажмурившись.
Ей совсем не хочется опять говорить на эту тему, особенно в такой момент.
Андрей качает головой и поднимается, наконец, так, чтобы посмотреть в её глаза.
-- Поверь мне. Ещё хоть раз. И если Дима всё-таки окажется принцем на белом бомж-мобиле, я сдамся и никогда больше слова в его сторону не скажу.
Марина, поджав губы, смотрит на него. Она на все сто процентов уверена в Диме, поэтому весь абсурд, что вываливают на неё Андрей и Сашка, кажется ей оскорбительным. Но что-то в голосе брата заставляет её очередной раз усомниться в своей непоколебимости, поэтому она, закатив глаза, всё-таки сдаётся. Опять.
-- Хорошо. Но только ради того, чтобы доказать твою неправоту.
Губы Андрея трогает улыбка. Он снова стискивает Марину в объятиях, а затем отступает на несколько шагов, позволяя ей слезть, наконец, со стола.
-- В таком случае, готовься. На выходных мы с тобой поедем в село Кукуево, откуда твой ненаглядный жених родом, чтобы внепланово познакомиться с родителями. -- Он мельком заглядывает в распечатку и поправляется: -- Пардон, с мамой.
Марина осуждающе вздыхает. Он неисправим, но хотя бы не безнадёжен. Наверное.
-- Это последний раз, когда я иду у тебя на поводу. И, запомни, ты дал слово.
-- Ничего я не давал, -- изумлённо тянет Андрей и, показав побагровевшей Марине язык, со смехом уворачивается от запущенной в его голову ручки. -- Ладно, не кипятись, мелкая, не трону я твоего Чарминга. При условии, конечно, что он действительно Чарминг.
Марина фыркает.
-- Вот увидишь, ты у меня ещё прощения просить будешь.
-- Посмотрим. -- Андрей пожимает плечами, а по коже Марины неожиданно пробегает мороз. Она отчего-то больше не чувствует силы в своих убеждениях.
***
Выходные приходят так быстро и неотвратимо, что Марина не успевает к ним подготовиться. Андрей звонит ей ранним утром в субботу и предупреждает, что заедет через пару часов, поэтому на сборы остаётся всего ничего.
Пока Марина торопливо пихает в сумку купленные накануне конфеты, чтобы вручить их будущей свекрови и этим как-то сгладить беспардонное вторжение без предварительной договорённости, её руки заметно дрожат. Андрей строго-настрого запретил говорить Диме, куда именно они собрались в выходные, поэтому ей минувшим вечером пришлось много и неправдоподобно врать о внезапном желании помириться со старшим братом.
