— Нам нужно поговорить. — В этот момент Берни выглядел пугающе, и тон его голоса был суров и резок. Он положил свою руку на ее правое плечо, крепко сжимая. — Я знаю, вы, думаете, что у меня поехала крыша. — С его губ сорвался хриплый смех. Дядя отпустил ее руку и погладил её по волосам. — Ошибаетесь! Я не совсем в здравом уме, но я это знаю. Моя маленькая Ксиомара, — ему действительно удалось назвать её настоящее имя, — будь осторожна! Твой друг, — Берни оглянулся через плечо на Элайджу, — я боюсь не только того, что он разобьет твое большое сердце. В нем есть что-то, чего я не могу объяснить. И, честно говоря, когда вы прячетесь в глуши у сумасшедшего старика, это вызывает вопросы. У Элайджи огнестрельное ранение, а ты постоянно таскаешь с собой пистолет Heckler & Koch P30 — служебное оружие полиции. — Он посмотрел на неё холодным взглядом. — Хочу ли я знать подробности?
Ксио была тронута его заботой. Она положила руку ему на плечо, чтобы успокоить старика. — Дядя, Берни, проблема не в Элайдже.
— Нет, но они преследуют его. Моя милая, я прав?
— Он не делает это нарочно.
— Под перекрестный огонь можно попасть даже ненамеренно. — Берни схватил ее за руку и что-то положил ей на ладонь. Это был кошелек.
— Там немного денег, но они пригодятся тебе. Я положил внутрь записку с номером моего мобильного телефона. Не стесняйся звонить мне. Я приеду куда угодно, если понадоблюсь тебе! — От заботы Берни на глазах Ксио выступили слезы.
— Моя Элиза не ожидала от меня ничего другого. Это от чистого сердца. — Дядя похлопал ее по плечу. — Еще в кошелке есть номер моего старого друга. Людвиг — главный комиссар уголовной полиции на пенсии. Он поможет вам. Ты можешь ему доверять.
Поцеловав ее в щеку, Берни развернулся, чтобы уйти.
— Ах да, не забывайте про презервативы! Хотя, наверное, уже слишком поздно. — Берни кинул на Элайджу пронзительный взгляд. — Очень неблагоразумно, молодой человек!
Элайджа, конечно, понятия не имел, о чем говорил дядя, но Ксио почувствовала, как румянец заливает ее щеки.
***
— Мотель на автомагистрали? Почему? — Элайджа нарушил молчание с оттенком печали. Настроение Ксио было донельзя плохим. Как только их пребывание в Берни подошло к концу, она осознала с болью в сердце, что их время с Элайджей ограничено, и расставание уже близко. Она не знала, как с этим справиться, и погрузилась в молчание.
— Марсель прислал туда для нас посылку через курьера. В мотеле есть интернет, так что мы сможем быть в курсе последних событий. — Что бы они делали без помощи Марселя. Ксио никогда не сможет его отблагодарить за то, что он сделал для нее. Она повернула машину в сторону съезда с автострады и через несколько метров остановилась на стоянке отеля.
— Где вообще твоя подмога? — Почему спустя трех недель после драки с Исааком никто из людей Элайджи так и не появился? В оторванном от жизни доме дяди Берни ей не хотелось спрашивать об этом. Три недели вдали от реальности и здравого смысла, которые сделали все еще более запутанным. Ксио не желала допускать даже единой мысли о расставании с Элайджей навсегда. Ее сердце не хотело принимать такое неизбежное будущее.
— Похоже, что действия Исаака до сих пор не повлияли на будущее. Если бы линия времени изменилась, что было бы в случае с разоблачением Исаака, они бы вмешались.
— Убийство трех женщин не имеет последствий для будущего? — Ксио толкнула его в плечо, нахмурившись. Элайджа понял ее немного грубый намек и поднял голову. Она сразу догадалась, почему он так пристально смотрел себе под ноги. Она уже знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что эта тема касается его лично.
— Никаких драматических последствий. Три женщины не играли важной роли.
— Никаких последствий?
— Не для общественности. Это огромная потеря только для их семей.
— Вторая жертва Исаака была беременна. Ребенок и дети его детей никогда не родятся. Они не важны? Они бы сыграли какую-то роль в будущем, какой бы незначительной она ни была. — Ксио открыла дверцу машины. Беспощадная жара ударила ей в лицо.
— Мы не должны обсуждать это на людях.
Оглянувшись, девушка не увидела ни души, хотя как раз был полдень. Здесь бы ее никто не услышал. Но она все равно сделала ему одолжение и захлопнула дверь.
— Спасибо. — Элайджа взъерошил свои густые волосы руками, издав громкий вздох из глубины груди. — Во время Третьей мировой войны погибло очень много людей.
— Ты говорил, что последствия в Германии были менее ощутимы.
— Да, но, несмотря на это, влияние все же было. Жертвы Исаака были одними из несчастных душ, погибших в суматохе войны.
Искреннее сожаление отразилось на лице Элайджи.
— Сколько людей погибло? — Неужели она хотела знать, какое будущее ее ждет?
