Пока график постараюсь держать день через день, а там посмотрим. Может, получится чаще выкладывать.
— А ты, значит, сестричка Савы? — нахальный голос говорящего заставляет чуть вздрогнуть и оторваться от изучения расписания пар. — Ниче так, прикольная.
Поворачиваюсь, сощурившись, окидываю взглядом высокого, вполне себе симпатичного парня с очень неприятным, похотливым взглядом. Смотрит, словно уже раздел и поимел. Причем, пошло так, мерзко. Фу.
Ловлю себя на том, что как-то странно на меня взгляды парней теперь действуют.
Отторжение вызывают.
И только чернущие жесткие глаза зверя, так круто поигравшего со мной сегодня ночью, приводят в легкую оторопь и инфернальный ужас, сил лишают.
Блин, он точно какой-нибудь маньяк… Ага… Сексуальный страшно…
Не зря же ноги раздвинула и не пискнула… дура…
Ну ничего, больше такого не повторится, точно.
— Не могу того же сказать о тебе, — грублю парню, задирая подбородок.
— В смысле, не прикольный? — щерится он, наклоняясь ниже и вполне осознанно пытаясь давить массой. Смешной такой. Куда ему до Сандра. Тому даже пытаться не надо. Тупо давит и все.
Внизу живота мягко и довольно приятно колет от странных воспоминаний о том, насколько интересно ощущается это “давление”. Снова себя ловлю на этом и злюсь. Это что такое? Он меня в нимфоманку превратил, что ли? Почему думаю постоянно о нем? Ведь решила же, что все. Что больше не допущу такого!
— В смысле, да. — Отвечаю я, — не прикольная сестричка. Отодвинься от меня, изо рта воняет мерзко.
Этому приему отшивать парней я еще в каблухе научилась.
Толкаться и драться бессмысленно, парень все равно же сильнее. А вот если презрительно заорать, что от него несет, как от псины, или что козявки из носа разлетаются в разные стороны, или еще что-то такое же приятное, то есть вариант обескуражить и заставить отступить и задуматься, прежде чем подойти в следующий раз.
И тут тоже срабатывает.
Парень оскорбленно дергает губами.
— Ты чего-то дерзкая слишком!
Блин, уровень заведения в сто раз выше, а люди не меняются!
— Ну так отвали от меня, не лезь, — краем глаза вижу, что вокруг нас прибавляется наблюдателей. Кое-кто с телефонами уже. Интересно же, кто кого нагнет!
Парень это тоже замечает, сужает глаза. Ему явно не хочется, чтоб мы на этом разошлись. Потому что последнее слово-то за мной! Как такое пережить?
И он делает шаг вперед, заставляя меня упереться спиной в стену под расписанием, и шипит злобно:
— Слышь, ты, сучка, я тебя заставлю яйца выли…
— Ой, ну не все это любят, блин! — как можно громче отвечаю я, а сама панически прикидываю, куда бить буду. В том, что бить придется, нет сомнений. Бить и бежать.
— По себе не суди! — добавляю я, и кто-то особо ушастый в толпе принимается ржать.
— Че??? — у парня в глазах неверие от того, что услышал такое.
Я уже примериваюсь, чтоб ударить и свалить, как вдруг парня от меня что-то отбрасывает в сторону и жестко лупит об стену напротив.
По пути он кого-то, кажется зашибает, потому что народу много, девчонки визжат, парни матерятся, все поголовно снимают на телефон происходящее.
И все это — так быстро, что я только успеваю выпрямиться и ушами хлопнуть.
Оторопело смотрю в спину высокого худого парня в черном, заслонившего меня.
Спина знакомая.
Светлые, почти белые волосы, в беспорядке взъерошенные — тоже знакомые.
И голос, с ленивой наглецой:
— Пашик, ты охуел? Ты знаешь, что она — моя сестра?
— Ах ты сука! — парень, которого, оказывается, зовут Пашиком, приходит в себя быстро и прямо с позиции “жопой на линолиуме” бросается на Саву.
Девчонки снова визжат, парни подбадривают, гвалт стоит невероятный.
А я, с трудом оторвав спину от стены, наблюдаю в полном шоке за дракой. Жестокой дракой.
Мне приходилось видеть, как дерутся парни, все же, мама не особо меня контролировала, а на районе случалось всякое.
Но тут что-то качественно другое.
Тут не просто попинывания и удушающие, тут реально видно, что оба парня подготовленные.
Сава, похоже, занимается каким-то боевым видом спорта, потому что удары четкие и умелые.
А Пашик, определенно, борьбой, потому что норовит уронить и удушить.
Учитывая, что оба парня — здоровенные и яростные, смотрится это все страшновато.
Я боюсь, что они навредят друг другу, и я опять виновата буду, блин!
И что делать?
Как их разнять?
Но тут, на мое счастье, прибегают крепкие дядьки из охраны и растаскивают парней по разным углам.
— Сука! — рвется к Пашику неугомонный Сава, — я тебя разъебу!
— Попробуй! А-а-а! — скалится, выворачиваясь из лап охраны Пашик, — пусти! Я его кончу!
Охрана, естественно, никого никуда не пускает, а утаскивает парней по лестнице вверх.
Обеспокоенно бегу следом, прикидывая, что делать. Надо же объяснить, что не Сава начал! А этот… Пашик! Он виноват!
Меня тормозят прямо перед дверью ректора.
