Старший сын, монстр-заместитель главного, с на редкость скучной и суровой мордой равнодушно пожирает омлет. И я бы поверила в это равнодушие, если б не взгляды, которыми он меня периодически одаривает.
Я не хочу на него смотреть, но все равно смотрю. А он прямо ловит эти моменты и пересекается со мной глазами. И ох, как меня продирает! Дрожь неконтролируемая по всему телу идет! И сидеть становится больно. И дышать тяжко. И в ушах гул. Особенно, когда в памяти его слова всплывают, те , что он утром сказал, перед тем, как покинуть мою комнату, оставляя меня, измученную и обессиленную, на измочаленной кровати.
Он сказал: “До встречи”.
И поцеловал.
Гад.
А я была до такой степени обескуражена и слаба, что даже не попыталась его тормознуть, чтоб просто уточнить, а что, собственно, он имел в виду?
До встречи? Когда? Утром за столом? Днем? Вечером? Или… ночью?
От последнего предположения я и покрываюсь ледяным до озноба потом. Очень уж взгляды у зверюги страшные. Обещающие.
— Нет, ты все-таки бледная какая-то…
Да заткнешься ты уже или нет, мелкий монстр? Пну ведь сейчас под столом!
— Сава, — холодно говорит Сандр, — замолчи.
Это, судя по всему, полная неожиданность для всех сидящих, в том числе, и для самого Савы, потому что он реально замолкает, таращась на старшего брата.
И остальные от него не отстают.
Даже мачеха парней, Ольга, отставляет утренний тонизирующий бокал с просекко, размером с ведерко для льда, и смотрит на Сандра.
А тот, словно ничего особенного не случилось, снова спокойно берется за вилку и нож.
Сава, переборов стресс от внезапного интереса брата к своей персоне, не находит ничего лучшего, чем начать доставать мачеху.
— Матушка, — очень издевательски звучит это в его речи, — а ты вчера шопилась, я смотрю?
Ольга переводит слегка осоловелый уже взгляд на пасынка, поднимает изящно оформленную бровь.
— Я просто видел сториз, — поясняет Сава в пространство, — рядом с магазином Насти.
И вот тут на Ольгу смотрят уже все.
И я в том числе.
Потому что совпадения нереальные.
Настя, у которой магазин…
Это что, она и женщин семьи Симоновых одевает? Сюрприз прямо. Я как-то плохо ее ассоциирую с Викой или Ольгой… Да и одежда у них все же другого плана. У Ольги — все дорого сдержанное, словно она — английская королева на минималках. А Вика — любительница брендов, так, чтоб через всю жопу надпись, чтоб было издалека всем понятно, где эту тряпку пошивали.
Мне кажется, что одежду Насти я бы сразу на них определила, несмотря на всю мою неопытность в этом плане. Очень уж вещи у нее запоминающиеся. И сочетание их — офигенное.
Мужчины, может, и не обратят внимание, а вот женщины сразу просекут.
Я сегодня, например, нацепила тот образ, что Настя мне именно для универа подобрала. Ничего вызывающего: юбка в клетку до колен, рубашка, блейзер, грубые ботинки… Сюда еще гольфы предполагались, но их я не стала надевать. И без того посмотрела на себя с утра и офигела от общей нимфеточности вида. Вчера я как-то этого не заметила, а вот сегодня…
Да еще и в сочетании с бледностью, искусанными, припухшими губами и красными пятнами по шее, которые галстуком не замаскировались толком…
Блин, анимэ отдыхают, сто процентов.
Переодеться времени особо не было, и без того припозднилась.
Вот и сижу теперь, огребаю тонны излишнего внимания. Огребала, верней. Сава, благодаря старшему братишке, перестал упражняться в остроумии на мне и принялся за Ольгу.
Повезло.
Мне.
А вот ей…
— Зачем ты туда ходила? — хмурится Сим-Сим, и под его жестким тяжелым взглядом Ольга бледнеет сначала, затем краснеет, а после выдает с наездом:
— А что такого? Я просто ходила за покупками!
— Ага… И сториз выложила стремную, — подхватывает тут же Сава, — типа, какие низкосортные магазинчики у нас тут есть. Топчик, типа, ширпотреба. И Настя — на первом месте.
Над столом нависает ледяная, могильная тишина.
Никто не шевелится, никто ничего не говорит.
Мертвых с косами не хватает, ей-богу, как в том старом кинце про мстителей, да не марвелловских.
А затем слышен звучный хруст.
Я вижу, как в пальцах Сим-Сима крошится телефон…
Ого…
Ничего себе…
— Я. Тебя. Предупреждал.
Холодный, мертвый голос бьет по нервам так сильно, что невольно хочется под стол залезть.
Чертовы доминанты!
Никаких сил не хватит их терпеть!
— Ну, нам пора, — грамотно сливается Сава, встает и, пока никто не успел тормознуть, подхватывает меня под локоть, — пошли, няшная сестричка, а то на пары опоздаем…
Ничего не имею против.
С радостью висну на “братишке”, шустро перебираю ногами в сторону выхода, оставляя за спиной немую сцену.
Затылок и задницу жжет тяжеленный, словно каменная плита, взгляд. Чертов зверь, хоть бы постеснялся! С женой за одним столом сидит!
Кроме Сандра, судя по всему, никто нашего бегства не замечает. Мертво позади. Как в склепе.
Блин, а они не поубивают друг друга?
Этот вопрос я задаю Саве, уже когда мы, с визгом и юзом, выруливаем из ворот особняка.
— Нее-е-е, — ржет Сава, — а хотелось бы!
М-да…
Высокие. Высокие отношения…
_________________________________________
