Неспешно подойдя, к общающимся старшинам, извинившись, что прерываю их беседу, велел устроить бойцам ПХД. И сказав, что вечером буду доводить боевой приказ, направился к дому. Старшины резко подобрались и отравились раздавать, соответствующие указания бойцам.
А мне осталось переговорить с представителем партии коммунистов в нашем импровизированном отряде, хотя в это время и в этом месте представителей других партий, быть не могло.
Политрук проснулся через примерно час. Выглядел он явно лучше, и у меня появилась уверенность, что не большой переход на следующий день будет ему уже по плечу. Дал ему спокойно оправиться, только после этого подошел и ни чего не говоря, стал ждать.
- Что решили пограничники?
Задал он первый вопрос.
- Они вливаются в отряд, ответил я ему, протягивая сигарету.
По не малому опыту прошлой жизни знаю, иногда пара затяжек помогает взять себя в руки, или сформулировать ту или иную мысль более доходчиво. Сорокин закурил, и молчал.
- Но ведь это, это же, дезертирство, сказал он, докурив короткую сигарету.
- Какое к чертям собачьим дезертирство, не выдержал я.
- Мы, что к мамке на печку собираемся, или поступило предложение сховаться до подхода наших частей? Что молчишь, я это предлагал? В ответ опять ничего не прозвучало.
- Да поймите те же Вы товарищ младший политрук, попробовал более официально обратиться к нему.
- Ведь у нас организовывается войсковое подразделение, а в любом подразделении уставом положен заместитель по политической части, разве не так?
Вовремя вспомнил, что комиссары появились позже, если память не изменяет в середине июля, чуть не прокололся. Опять молчит, вот черт упертый.
- Ваше решение товарищ Сорокин, должно быть не просто решением воина великой Красной Армии, а в первую очередь решением политработника, присутствие которого в подразделении этой самой Красной Армии необходимо.
Во загнул, второй раз так не получиться, да и по правде не факт, что от замполитов было много толку, но это так сугубо мое мнение, а на данный период времени, без комиссара никуда. На несколько минут опять повисла тишина. Неужели он такой упертый фанатик, проскочило у меня в голове. Да нет, дури хватает, но вроде все - таки должен быть боли менее адекватным. И вот тут политрук сдался.
- Я готов взять на себя обязанности заместителя командира подразделения по политической части. Необходимо собрать по бойцам сведения по принадлежности к ВКП(б) и комсомолу, после чего провести в подразделении партийное собрание. Вот жеж его понесло, но нет надо маленько осадить, чтобы не зарывался. А ведь это он еще не совсем оправился от болезни. Силен.
- По первому вопросу с Вами полностью согласен. По второму рекомендовал бы отложить до момента передислокации в пункт ППД. И вот еще, возьмите, вы же остались без оружия. Сказал и протянул ему кобуру с наганом.
- Оружие знакомо? Увидев его кивок, продолжил
- Тогда владейте, уточнитесь по людям отдохните, вечером переговорим, а утром в путь. После чего зашагал в направление пруда, дико захотелось окунуться, снять напряжение, слишком уж тяжело прошел разговор. Но факт есть факт, политрук с нами, и это хорошо, хотя нервы он мне поделает, усмехнулся я про себя.
Рассудив, что оружие у меня почищено, форма в порядке, немного покивал своему земноводному, что не захватил плащ - палатку, по утрам роса, да и накрыться, чтоб. Ну, да и бог с ней с немецкой плащ - палаткой, да и со всеми немцами в придачу, с ними вернее свинский пес, как они выражаются. А я, пока взяв что - то типа коврика из избы, подстелить на травку, прикемарю на солнышке минуток шестьдесят. Один фиг разбудят, меняя караульного.
Часа поспать не получилось.
- Стой! Кто идет?
Окрик караульного, выдернул меня из объятья морфея, быстрее пробки из бутылки теплого шампанского, со сдернутым проволочным предохранителем.
- Лежать! Оружие на землю! Это Иванов продолжает отдавать команды.
Молодец уйгур промелькнуло в голове, не тушуется. Рывком поднялся, одновременно поднимая находившийся рядом автомат, а с ним, я не расставался, увидел двух старшин. Один сместился к углу избы, держа все пространство перед домом на прицеле ПД, второй залег со своим SUOMI с другой стороны от крыльца, тоже контролируя ситуацию. Остальных не увидел, но думаю, что она тоже были готовы огнем встретить нежданных визитеров.
А на тропинке было, как бы по литературней высказаться, просто все как то уходит на русский командный. На тропинке лежали два революционных матроса.
ДА, да, я не шучу и не потерял крышу, улетевшую шурша шифером. На тропинке лежали два матроса, перетянутые крест, накрест пулеметными лентами. Единственное что в виде их выбивалось из революционной действительности, так это лежащие возле них автоматические винтовки.
- Встать, кто вы такие?
