– Предложу им свои услуги проводника и переводчика, а потом направлюсь с ними к югу по долине Нуристан, чтобы они оказались от вас как можно дальше. У озера Мундол, например.
Джейн обдумала его идею, но в итоге снова испытала лишь разочарование.
– У них наверняка уже есть свой проводник и переводчик, – сказала она.
– Он может оказаться моим хорошим знакомым из долины Пяти Львов, которого заставили помогать русским против воли. В таком случае я переговорю с ним, и мы вдвоем все организуем.
– А если он не согласится сотрудничать с тобой?
Мохаммед ненадолго задумался.
– Тогда это будет не наш сторонник, вынужденный помогать врагам против своего желания, а предатель, согласившийся оказывать им содействие добровольно. Причем, скорее всего, не бескорыстно. В таком случае я попросту убью его.
– Я не хочу, чтобы из-за меня погиб кто-то еще, – поспешила сказать она.
– Причиной станешь вовсе не ты лично, – резко оборвал ее Эллис. – Это произойдет по моей вине, поскольку я отказался идти дальше без тебя.
Джейн не стала пререкаться с ним.
А Эллис уже обдумывал детали плана.
– Но ведь ты одет не так, как одеваются в Нуристане.
– Обменяюсь одеждой с Халамом.
– Ты не слишком хорошо говоришь на местном диалекте.
– В Нуристане используют разные варианты языка. Я объясню, что родом из другого района, где говорят несколько иначе, чем здесь. А русские не знают ни одного из языков Афганистана и ни о чем не догадаются.
– А куда денешь свой автомат?
Мохаммед призадумался.
– Вы дадите мне одну из ваших сумок?
– Они все слишком малы.
– Но у меня Калашников со складывающимся прикладом.
– Конечно, – кивнул Эллис. – Бери любую сумку.
Джейн показалось, что это может вызвать подозрения, но потом она изменила мнение: афганские сумки были столь же странными и разнообразными, как и одежда. И все же рано или поздно Мохаммед непременно навлечет на себя подозрения русских.
– А как ты будешь выходить из положения, когда они поймут, что их ведут по ложному следу?
– Прежде чем это случится, я успею однажды ночью сбежать от них, бросив посреди пустынной и незнакомой им местности.
– Это очень опасная затея, – сказала Джейн.
Мохаммед напустил на себя вид настоящего мужчины, который обязан презирать все опасности. Как и большинство партизан, он действительно отличался поразительной отвагой, но бывал порой до наивности тщеславен.
– Но если ты неправильно рассчитаешь время и русские тебя заподозрят до твоего бегства, они подвергнут тебя самым жестоким пыткам, чтобы узнать, куда мы отправились в действительности, – все еще сомневался Эллис.
– Живым я им в руки не дамся, – честно заявил Мохаммед.
И Джейн верила ему.
– Но мы останемся без проводника, – напомнил Эллис.
– Я найду вам другого.
Мохаммед повернулся к Халаму и вступил с ним в быстрый диалог на смеси двух языков. Джейн поняла, что Мохаммед намеревался нанять им в провожатые Халама. Ей самой Халам не слишком нравился. Трудно было доверять полностью человеку, проявившему себя столь ловким и жадным торговцем. Но зато он явно много путешествовал, и выбор представлялся не худшим, если вообще не единственным. Большинство прочих жителей кишлака наверняка вообще редко покидали пределы своей долины.
– Он утверждает, что ему известен маршрут, – сказал Мохаммед, вновь переходя на французский язык. Джейн не слишком понравилось выражение «он утверждает», вызвавшее у нее некоторую тревогу. А Мохаммед продолжал: – Халам доведет вас до Кантивара, а там подыщет нового проводника для того, чтобы помочь вам перебраться через следующий перевал. Вам и дальше придется потом нанимать других проводников, чтобы добраться до Пакистана. Сам он возьмет с вас за свои услуги пять тысяч афгани.
– Цена сходная, – сказал Эллис, – но скольким еще провожатым нам нужно будет заплатить до того, как мы окажемся в Читрале?
– Вероятно, пяти или даже шести.
Эллис помотал головой.
– У нас нет с собой тридцати тысяч афгани. А ведь нам необходимо еще на что-то покупать продукты.
– Провизию придется добывать, устраивая в кишлаках временные медицинские пункты, – сказал Мохаммед. – А на территории Пакистана путь станет значительно проще. Быть может, вам ближе к концу путешествия проводники вообще не понадобятся.
Эллиса продолжали одолевать сомнения.
– А ты что обо всем этом думаешь? – обратился он к Джейн.
– Все еще остается первый вариант, – ответила она. – Вы можете отправиться дальше без меня.
– Нет, – твердо сказал он. – Такого варианта не существует. Я пойду только вместе с тобой.
За весь первый день русским отрядам не удалось отыскать никаких следов Эллиса и Джейн.
