Столько лет - а помнила его. Всё-всё помнила. Потому что тогда было то, чего потом у неё редко получалось достичь.
И как Эллина могла не узнать его дом! Не иначе, со страху. Впрочем, она ведь здесь нечасто бывала - не водят некроманты к себе чужих. А если и водят, то под покровом ночи. А в темноте не больно-таки разглядишь, что да как.
Малис наклонился, достал нож и перерезал верёвки. Эллина благодарно улыбнулась и встала, растирая затёкшие конечности. Некромант между тем внимательно рассматривал её; от былого благодушия на лице не осталось и следа. Покосившись на нож в его руках, гоэта медленно попятилась, опасаясь резкой перемены настроения, свойственной тёмным. Они ведь непредсказуемы.
Малис усмехнулся и эффектно убрал нож. Вытянул покрытую не до конца зажившими царапинами руку и коснулся щеки Эллины. Раухтопаз его перстня неприятно холодил кожу, напоминая о своей сущности. Опасный для обычного человека камень был насквозь пропитан тёмной энергией. Идеальный помощник чёрных магов. От него веяло смертью, той самой смертью, которой он подпитывался во время ритуалов жертвоприношений.
- Убери пальцы, пожалуйста, - съёжившись, прошептала гоэта. Ей казалось, будто энергия камня проникает в её кровь, высасывая жизненные силы. Вдруг стало так холодно.
- Это нервы, Лина, я ничего не делал. С тобой что-то сотворили, что-то, что привело тебя в столь жалкое состояние. Потом расскажешь. А сейчас иди. Можешь прилечь на мою кровать. А я пока найду ту, которая сможет заменить тебя.
- Чтобы убить?
- Выбор у меня невелик: либо ты, либо любая другая, - накинув капюшон, некромант шагнул к двери. - Тебя я трогать не стану, значит, подловлю девицу в деревне. Вернусь через час. Оставляю светляк.
Эллина кивнула, мысленно посочувствовав той несчастной, которой суждено занять её место, но знала, что упрашивать не убивать бесполезно. Вместо этого она отправилась на поиски спальни: действительно хотелось прилечь.
Гоэта задремала, как была, в одежде, и вернувшемуся Малису пришлось её будить.
Эллина долго не могла понять, чего он от неё хочет, а когда поняла, пришла в ужас. Для некроманта же это было в порядке вещей.
- Я не заставляю смотреть, просто жертвенник подготовь. Потом девицу зельем забытья напоишь, и можешь с чистой совестью идти спать. Закончу, осмотрю тебя: что-то камень на тебя реагирует. Кровотечения нет?
- Не знаю, - честно ответила гоэта.
- Так, тогда с тебя начну. Эта может и подождать, как раз успеет небесам надоесть. Раздевайся, душечка, или стесняешься?
Гоэта усмехнулась: стесняться ей глупо. В бытность их непродолжительного знакомства (две недели работы и четыре после) постель была её главным местом времяпровождения. Взаимовыгодное сотрудничество: у него под боком всегда есть способ освобождения от излишков энергии (её бывало много, так что Малис с лёгкостью мог соперничать с выпившим специального средства Гланером), у неё - удовольствие. С этим Эллине повезло, наверное, поэтому и помнила некроманта.
Малис внимательно осмотрел её, не только визуально, так что гоэте пришлось пережить пару неприятных моментов. Поцокав языком, он высказался насчёт мужчин, которые способные взять женщину только подобным образом, и отправил Эллину на кухню, готовить примочки:
- Не маленькая, сама сообразишь, какие. Обязательно от заражения что-то. Травки, червячки, лапки и прочее - в кладовой. Она рядом с кухней. С алтарём, так и быть, сам управлюсь. Потом вина мне подогреешь - ритуал силы отбирает.
Гоэта боялась наткнуться в темноте на бедную связанную жертву, но обошлось. Зато крики её она слышала. Потом они смолкли - Малис влил в рот зелье забытья.
Жертвоприношение происходило на улице - вопреки традиционному мнению, некроманты никогда не устраивали алтари дома, не желая наполнять его концентрированной тёмной энергией и разными существами, которые непременно просачивались из других миров во время ритуалов. Исключения составляли камерные жертвенники, но на них не убивали, хотя и обагряли кровью.
Малис вернулся часа через полтора, усталый, потный, перепачканный кровью и землёй. Взглянув на него, Эллина предпочла не задавать вопросов.
- Что, неинтересно, на что должна была пойти твоя жизнь? - некромант тщательно вымыл руки и бросил грязный плащ и рубашку на пол. - Пятна потом застираешь. Зомби они хотели получить, золотце, и получили. И не простого. Скажем прямо: от девушки мало, что осталось, внутри неё сейчас демон, который исказил черты этого существа. Это нам на руку: не заметят подмены. Утром объясню магу, как управлять созданием. Жаль, недолговечное оно - тело быстро разлагается, но им для какой-то заварушки хватит. Она кого-то там сыграть должна. А теперь тащи вино и иди греть мне бок.
Малис вольготно развалился на постели, а гоэта хлопотала вокруг него, подмечая малейшие перемены во взгляде, позе, выражении лица. Она боялась проявления дисбаланса энергии, понимая, что для неё, в её нынешнем состоянии, он опасен. Пришлось принять пару превентивных мер, после которых некромант, кажется, расслабился.
