Эллина вздохнула и с надеждой посмотрела ему в глаза. Думает. Раз думает, то не всё потеряно. Но она играла ва-банк. Впрочем, были ли другие варианты? Ей нужен покровитель, одной ей не справиться ни с запущенным колесом правосудия, ни с Гланером и его демоном.
- Госпожа Тэр, верно?
Гоэта вздрогнула. Она не называла себя, но он знал её имя. Значит, её разыскивали и здесь...
- Успокойтесь, госпожа Тэр. Начнём с того, что я не намерен никого голословно обвинять, тем более напуганную молодую женщину, в которой нет ни капли тёмного дара. Но мне кажется разумным, если вы отдадите это письмо в руки соэра Брагоньера. Он вовсе не зверь, он не станет мучить невиновную.
- Но я для него виновна! - вскочив, выкрикнула Эллина. - С самого первого дня, с самого первого допроса. Он мне не верит, он готов поверить даже господину Ашерину, но не мне! Господин Брагоньер как охотничий пёс: почуяв добычу, он не успокоится, пока не затравит её. Да и я слишком удобная жертва: без роду, без племени, одинокая и никому не нужная. Меня легко отправить на костёр, сгноить в застенках. А признание... Даже невиновные признаются в преступлениях под пытками.
- Я знаю господина Брагоньера, он вовсе не таков, каким рисует ваше воображение. В вас просто говорят страх и общее нервное напряжение последних недель, не более. Повторяю, разумнее будет, если вы сами сдадитесь властям. Вреда вам не причинят, а жизнь спасут. И не только вашу. Каждая минута промедления может оказаться фатальной для Тордехеша. На кону судьба целого королевства, и все мы должны приложить максимум усилий для его спасения.
- Значит, вы мне не поможете? - гоэта убрала письмо и направилась к двери. - Что ж, в таком случае, не смею вас задерживать. Надеюсь, я не оторвала вас от важных дел.
- Напротив, я окажу вас всю возможную помощь. В частности, немедленно сообщу соэру, что вы нашлись. Поговорите с ним, госпожа Тэр! Если хотите, я буду присутствовать во время беседы. Инквизитор не безумный палач, вам нечего бояться. Даже если вы окажетесь невольной соучастницей этих прискорбных событий, он будет милосерден и справедлив.
Досадуя на свою глупость, на свои иллюзии и напрасные надежды, Эллина вежливо попрощалась. Что ж, видимо, придётся бежать в другую страну, как-то пересылать письмо в столицу. Только вот как и кому? Через Анабель нельзя - и так у неё наверняка неприятности из-за подруги.
- Госпожа Тэр, вы поступаете безрассудно, - ректор мановением руки затворил перед ней дверь. - Не уезжайте так поспешно. Вы обессилены...
- Лучше быть больной и на свободе, чем здоровой и за решёткой, - возразила гоэта. - Благодарю за то, что выслушали.
Маг осуждающе посмотрел на неё, покачал головой и вернулся за стол.
Эллина с облегчением вздохнула: он не собирался насильно удерживать её. Хоть в этом она не ошиблась.
Беспрепятственно покинув сначала кабинет, а затем приёмную, гоэта направилась к лестнице. И тут же бегом бросилась назад, ища и не находя места, чтобы скрыться.
- Рад видеть вас живой, госпожа Тэр. Признаться, вы доставили мне немало хлопот, - господин Брагоньер спокойно наблюдал за бесплодными попытками Эллины сбежать. - А теперь возьмите себя в руки и не устраивайте истерик. Вы едете со мной.
По взмаху руки из-за его спины вышли двое солдат, взяли вырывающуюся испуганную гоэту под руки и повели к лестнице.
Соэр задержался возле кабинета ректора, чтобы переброситься с ним парой слов о задержанной: что говорила, как вела себя. И поблагодарил за содействие.
- Передайте мою особую благодарность мэтру Олиоху, - уходя, добавил он.
Глава 11. Благие намерения.
Эллина в тех же домашних тапочках, в которых ходила к ректору, сидела на брусчатке двора, плотно сжав губы. Не только от досады и злости, но и от болезненных ощущений в ногах. Длительная нагрузка не прошла для стоп даром, особенно бег по коридорам. Гоэте казалось, будто кожа там, как и пугал мэтр Олиох, сходит струпьями.
- Это ещё что такое? - видимо, господин Брагоньер не оценил открывшейся его взору картины. - Кто усадил её на камни?
Солдаты переглянулись, но промолчали. Один из них толкнул Эллину, призывая встать, но та даже не пошевелилась.
- Я сама села, потому что не могу долго стоять. Но какая вам разница, в камере всё равно холодно и сыро.
- Госпожа Тэр, ведите себя пристойно. Или прикажите послать во врачебный корпус за успокоительным?
- Благодарю, можете не утруждать себя.
- Что с ногами?
На этот раз гоэта не удостоила его ответа и встала, стараясь не обращать внимания на неприятные ощущения.
- И, похоже, не только с ногами, - прищурившись, подойдя ближе, заметил соэр. - Вытяните, не бойтесь. Следы обморожения? Госпожа Тэр, отныне вы намерены молчать, или тема собственного здоровья для вас несущественна?
- Дайте ей плащ и сходите за её вещами, если таковые имеются, - обратился он к одному из солдат. - И обувь какую-то прихватите. Госпожа Тэр, по приезду вас осмотрит врач.
