Геройский подвиг совершил младший политрук Яков Зак. Его окружили враги. Он отбивался до последнего патрона. Когда же большая группа гитлеровцев приблизилась к Заку почти вплотную и попыталась захватить его в плен, он последней гранатой подорвал себя и их. После боя товарищи насчитали вокруг тела комсомольца-героя много трупов вражеских солдат.
Невзирая на сильный огонь, полки дивизии упорно продвигались вперед. Артиллерия, приданная стрелковым полкам, действовала удачно против многих огневых точек противника и против его пехоты. Однако для подавления артиллерии противника, стоящей на закрытых позициях, у командира 324-й стрелковой дивизии средств не было. Между тем от артогня с закрытых позиций наша пехота несла значительные потери. К часу ночи 13 декабря враг был выбит из Люторичей. Исход боя решил 1095-й полк, когда, наступая на Новый поселок, быстро продвинулся в обход Люторичей с юга. Боясь быть отрезанным от Богородицка, противник стал покидать Люторичи.
Как сейчас вижу перед собой боевое донесение командира 1091-го полка майора С.В. Радзивилко из д. Остроленко. В нем на коротком листочке полевой книжки взволнованным языком сообщалось о том, какие тяжелые потери несет полк в ходе своего наступления и как он нуждается в помощи артиллерии, не говоря уж о танках и авиации.
Мы привели эти небольшие подробности боев на рубеже р. Дон для того, чтобы читатель имел более ясное и верное представление о характере действий армии в те трудные дни. Наше наступление не было маршем по следам бегущего противника, как склонны были думать в то время некоторые товарищи.
Нет, наше наступление представляло собой цепь ожесточенных боев, в ходе которых советские воины показали высокие образцы доблести, массового героизма и умения.
9 декабря к исходу дня к станции подошла 323-я стрелковая дивизия. Разведка донесла, что станция укреплена наскоро и что на ней идет погрузка вражеских эшелонов. Было замечено большое скопление автотранспорта. Командир дивизии отдал приказ о наступлении.
Под прикрытием артиллерийского и минометного огня около полудня 9 декабря части атаковали противника и вышли во фланг гитлеровцам, занимавшим станцию. Это и решило судьбу станции Епифань. Оставив большое количество убитых, часть вооружения, противник отошел к югу.
Почти одновременно к станции Епифань подошла 41-я кавалерийская дивизия. В руки конников на станции попало много автотранспорта. Они захватили несколько пленных из подразделений штаба 2-й танковой армии.
Здесь надо рассказать об одном весьма досадном обстоятельстве. Кавдивизия, получив приказ о наступлении на станцию Епифань и дальнейшем движении на г. Узловую, совершала марш. В то время как ее разъезды достигли района в 5–6 км восточнее станции, колонна главных сил проходила Петровское. Там из сел Львово и Барма она была остановлена огнем и атакой армейского полка связи штаба немецкой 2-й танковой армии.
Вместо того чтобы продолжать выполнение поставленной задачи, оставив против атакующего противника лишь некоторую часть своих сил, командир дивизии повернул все полки фронтом на юг и ввязался в бой. Он продолжался четыре часа.
Только по новому требованию 41-я кавалерийская дивизия двинулась к станции Епифань, которую и заняла совместно с частями 323-й стрелковой дивизии. Захваченные пленные связисты показали, что всего за час до появления наших кавалеристов германский командующий армией генерал Гудериан и офицеры его штаба бежали на автомашинах в сторону г. Епифань.
Военный совет 10-й армии выразил крайнее недовольство медлительностью действий командира 41-й кавалерийской дивизии комбрига П.М. Давыдова, упустившего возможность взять в плен штаб 2-й танковой армии вместе с ее командующим.
323-я дивизия в 4 часа утра 10 декабря получила мой приказ, по которому должна была из района станции Епифань вместо дальнейшего наступления к западу повернуть прямо на юг и овладеть г. Епифань. Его освобождение имело очень важное значение для исхода боев на р. Дон. Противник это хорошо понимал и упорно держался за город. Каменные здания Епифани были приспособлены под огневые точки. Вокруг и внутри города находились оборудованные артиллерийские и минометные позиции. На окраинах – окопы. Для обороны Епифани были сосредоточены основные силы 10-й моторизованной дивизии.
Удар по противнику в Епифани было решено нанести с ходу. 323-я стрелковая дивизия, совершив с боями 20-километровый марш, подошла к городу. Здесь на наши части обрушился шквал пулеметного и артиллерийского огня. Стрельба велась с окраин города. Не имея достаточных средств подавления, наши части залегли.
Когда 13 декабря в 9 часов утра мы с членом Военного совета армии Т.Л. Николаевым подъехали к городу, интенсивный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь противника по расположению частей 323-й дивизии продолжался. Город был окутан черным дымом. Горели дома, склады и разные другие постройки. От взрывов пламя то и дело вздымалось к небу.
