В доме никого не было. Мужчина радостно засмеялся и хлопнул себя по бокам, потом закурил. Курил он долго, пока не пришла жена. Жена пришла позже обычного. "Слышишь, Сергей!" - с порога сказала жена испуганным тихим голосом и робко посмотрела на мужа. "Чего?" - зевнул Сергей Сергеевич Анциферов. "Сережа, что творится! Убийство за убийством. Сегодня опять шесть человек убили..." "Ну, не шесть, а двоих, - укорил муж, -- врать грешно, дорогая... Ну, что, пластилину принесла мне?" - добавил он, испытующе глядя в лицо жены. "Принесла", - прошептала жена, заплакала и отвернулась. "Что ты, что ты? - сказал Сергей Сергеич подойдя к жене сзади и обнимая за плечи. - Что ты, милая, рыдаешь?" - повторил он. "Страшно, Сережа, страшно мне... За этот год уже человек сто убили..." "Ну, что ты, и не сто вовсе, а девяносто четыре, - успокаивающе сказал Анциферов. - Не плачь, - добавил он и легонько шлепнул жену по заду. - Пластилин в сумке?" "Да, - сказала жена и заплакала сильнее. - Я как покупаю пластилин, так всегда продавщицу из "Детского мира" вспоминаю, ее первую убили. Я же тогда купила пластилин, а она мне дала пачку без одной штуки. Там красного не было. А ты тогда еще сказал: "Ничего, Катя, пусть она подавится красным. Ладно, - говоришь, - я и без красного обойдусь. Красное внутри должно быть и снаружи не обязательно." "Да ладно тебе расстраиваться из-за пустяков, добродушно-строго пожурил жену Сергей Сергеич, - ты бы лучше погуляла или к соседке сходила". "Ладно, Сережа, не буду тебе мешать. Пойду к Макаровым". "Иди-иди", - сказал Анциферов и оскалил в улыбке прокуренные зубы. Когда жена ушла, Анциферов закрылся на ключ, задернул шторы, включил красный свет для фотопечати и достал пластилин.
Он смешал несколько кусков желтого, белого и оранжевого и долго разминал: размял и скатал в шар в четыре раза больше бильярдного. Лепил он быстро: отрывал куски пластилина от шара и складывал их в кучку. Он даже не лепил, а вырезал из пластилина, как из дерева. Вырезал продолговатый нос с широкими ноздрями, крупные глаза и маленькие уши. Когда был вылеплен подбородок, стало видно, что Анциферов лепил автопортрет. Портрет вылеплялся удивительно быстро. Когда Анциферов вылепил рот, губы у скульптуры разжались, и властный голос послышался из нее: "Не тяни, торопись!" Рот закрылся, глаза забегали. Анциферов лепил быстро, очень быстро. Долепив левую пятку, Сергей Сергеич снял со шкафа картонку с фигурками и поставил на нее своего пластилинового двойника...
Жена Анциферова - Катя - сидела со своей подругой Макаровой на диване - смотрели телевизор. Вдруг фильм прервался, и на экране вспыхнул черный круг. Женщины вздрогнули от ужаса и впились глазами в телевизор. Появился диктор и бесстрастным голосом произнес, что час назад при невыясненых обстоятельствах был убит Сергей Сергеевич Анциферов, скульптор-надомник, известный всей области мастер-умелец. Имеющих какие-либо сведения, касающиеся убийства, просим сообщить в горотдел милиции. Показали фотографию убитого, но женщины ее не видели: Екатерина Анциферова билась в истерике, а Макарова успокаивала ее, поливая водой из ковша...
На следующий день приехал из годовой командировки Макаров. "Какой ты красивый", - радостно проговорила Макарова, обнимая мужа, но вдруг закусила нижнюю губу и обернулась на сидящую в кресле подругу. "Я слышал", предупредил жену Макаров и покрутил на указательном пальце черную кожаную шляпу...
"Успокойся, Катя. Нужно держаться", - сказал Макаров и легонько хлопнул ее по заду, как, бывало, делал покойник. Катя посмотрела на Макарова и отшатнулась: на деревянном лице его тускло светили выпуклые глаза, отливая в зрачках серебром; тонкогубая улыбка лишь подчеркивала жуткое выражение глаз. "Пойдем, Катя", - мягко сказал Макаров и взял Анциферову за руку...
В доме был прохладный полумрак. Дверь кабинета покойного мужа была распахнута. В кабинете кто-то сидел в кресле мужа и курил. "Ой!" - сказала Катя. "Не бойся, - успокоил ее Макаров, - это свои". Катя вцепилась в руку спутника. В кресле сидел Сысоев, убитый десять месяцев назад. "Это Сы..." сказала Катя и рухнула на пол. "Да, Сысоев", - подтвердил человек в кресле и затянулся. Через спинку стула рядом с креслом был перекинут черный плащ, на столе у пепельницы лежала черная шляпа. "Ну, как дела, Макаров?" спросил Сысоев. "В порядке", - ответил Макаров, взял шляпу со стола и надел на Сысоева. "Пора убираться, - добавил он, - минут через сорок нагрянет милиция". Сысоев взял со стола картонку с пластилиновыми фигурками и поставил на пол. Они быстро стали уменьшаться, уменьшились соответственно пластилиновому газику, прыгнули в него, и тут вошла милиция.
"Еще одна жертва", - прохрипел майор с рыжими усами. "Насильственная смерть наступила полчаса назад", - сказал врач и задумчиво постучал по коробке с пластилином...
СВЕРНУ В КАКУЮ-ТО ПОДВОРОТНЮ