Леон Андраччи одержим идеей отомстить убийце своей сестры, и он не остановится ни перед чем. Орудием мести он выбирает Мисти Карлтон – дочь своего врага, но влюбляется в нее. Что же окажется для Леона важнее: месть или любовь?
Леон Андраччи откинулся в своем удобном кожаном кресле, наблюдая за девушкой, которой предстоит стать орудием его мести.
Мисти Карлтон была занята, она отдавала последние указания своему персоналу. Ее медные волосы были аккуратно уложены, волосок к волоску. Серый немодный костюм, практичные туфли на каждый день, на лице никакого намека на косметику. Весь ее внешний вид заявлял о том, что она серьезная деловая женщина. И насколько мог судить Леон, большинство его сотрудников-мужчин именно так ее и воспринимали, не делая никаких попыток пофлиртовать с нею.
Леон недоумевал. Неужели все мужчины на свете, кроме него, слепы? Возможно ли, что только он один угадывает обещание в серебристо-серых глазах Мисти и видит соблазнительную полноту ее чувственных розовых губ? Если одеть ее соответствующим образом, она будет выглядеть привлекательнее многих заурядных красоток. И уж точно куда интереснее. Сам Леон уже не раз мысленно снимал с нее одежду, представляя ее стройное тело в прозрачном шелковом белье, красивые длинные ноги в тонких колготках и туфлях на шпильках. Когда он сделает Мисти своей, ей будет не обязательно носить туфли без каблуков. Впрочем, на каблуках ли она или без них, он все равно выше ее.
На губах Леона заиграла улыбка. Он знал, что смеется над собой, ведь его мысли в отношении этой девушки приняли неожиданное направление. Хотя почему бы и нет? Самое большее через две недели о Мисти Карлтон заговорит весь Лондон. Ее имя всегда будет стоять рядом с его именем, так что ни у кого не останется сомнений, что она его любовница. Репортеры, в надежде состряпать как можно более сочный скандальчик и удержать интерес публики к своему изданию, сразу бросятся выяснять всю подноготную, Леон не будет им в этом препятствовать. Наоборот, если репортерам не удастся раскопать то, что удалось выяснить ему, он любезно – и незаметно – наведет их на след, с которого ни одного уважающего себя папарацци уже никак нельзя будет сбить. А он будет выжидать, когда Мисти Карлтон поможет ему осуществить план мести. Леон работал над этим планом полгода, с того дня, как отыскал ее, и только ждал удобного случая, чтобы у нее не осталось иного выхода, кроме как принять его условия.
Лично против самой Мисти, незаконнорожденной дочери Оливера Сарджента, Леон ничего не имел. Но вот ее отец, политик, создавший себе репутацию примерного семьянина и на словах горячо выступающий против современных моральных устоев общества, обязан заплатить за смерть его сестры. Люди должны узнать, что за маской добропорядочного и достойного человека скрывается лицемер, соблазнитель молодых девушек и убийца.
Именно таков Оливер Сарджент, который, дабы избежать скандала, не позвонил после автомобильной аварии в Службу спасения и, оставив Батисту умирать, скрылся.
Смуглое лицо Леона еще больше потемнело. Со дня смерти сестры прошел почти год, но его боль нисколько не уменьшилась. Когда врачи сказали ему, что Батисту можно было бы спасти, если бы помощь подоспела вовремя, он воспылал ненавистью к Оливеру Сардженту, который хладнокровно позволил ей умереть. А ведь тем летом ей было всего девятнадцать! Красивая девушка с карими глазами и длинными черными волосами. Сестра была очень доверчива, еще не научилась относиться к людям с осторожностью.
Будучи студенткой политологического факультета, Батиста начала свою работу у Сарджента по изучению дел, которыми заправляло его ведомство. В первые недели имя Оливера не сходило с ее губ. Под конец Леона от него уже тошнило. Ему следовало уже тогда обо всем догадаться, с горечью подумал он, но он не мог даже предположить, что благоговение, которое испытывала его сестра к этому человеку, перерастет в обожание, почти влюбленность – все-таки Оливер Сарджент был женат и старше ее на четверть века. Однако Леон не учел его обаяния, за которым возраст перестает иметь всякое значение.
– Мистер Андраччи?..
Леон думал, что сейчас он выглядит мрачно и устрашающе. Подняв глаза на голос, он с некоторым изумлением увидел перед собой миндальные пирожные и тарталетки с заварным кремом. Держащая тарелку рука почти незаметно дрожала, но Леон это увидел. Он поднял глаза. Лицо Мисти Карлтон от внутреннего напряжения выглядело осунувшимся. Под глазами, обрамленными темными ресницами, длинными как у ребенка, залегли едва заметные тени. Леон отметил этот факт без удивления. Она была в отчаянии. Он знал об этом, потому что это было частью его плана. Ее компания, в которую она вложила столько труда, была на грани банкротства, хотя, если уж совсем честно, в этом не было его вины. Но суть от этого не менялась. Мисти Карлтон была в его руках.
– Благодарю, – протянул Леон. – Вы меня балуете.
Чуть ниже ее подбородка забилась жилка, привлекая его внимание к безупречно гладкой коже шеи.
– Я люблю экспериментировать, вот и все, – выдохнула она.
