– Милан, я… – Я вдохнула поглубже, потому что признаваться в таком было невероятно тяжело. А еще неудобно и чуть-чуть стыдно. – Я люблю его.
– Даже не сомневаюсь, – ответил брат. – Только глубоко влюбленная дура может позволить проделать с собой такое.
Не в силах выносить этот спор, отстранилась и сделала шаг к лежанке – назвать доску кроватью язык не поворачивался.
– Прости, – грустно повторил Милан. – Но иначе действительно нельзя. Я постараюсь разобраться с этим делом как можно быстрей и тогда…
Жестом остановила его излияния.
– Ну да. – Теперь не грустил. Теперь злился и обижался. – Любовь лишает рассудка, но поверь – это пройдет. И ты мне еще спасибо скажешь.
Ну да, конечно…
– В соседней камере будет дежурить боец из нашего отдела. Если понадобится умыться или что-то еще – зови. И…
– Иди, – невежливо пробормотала я.
Брат тяжело вздохнул и вышел из карцера.
Заперли меня не сразу. Сперва все тот же секретарь господина Вакирса приволок два магических светильника, поднос с едой и кувшин с соком. Светильники закрепил над кроватью, а вот еду и кувшин пришлось поставить на пол. Чуть позже он принес подушку, одеяло и несколько книг в розовых обложках. А спустя час снова явился Милан… с корзиной сладостей. И лишь после этого обитая металлом дверь закрылась, а снаружи щелкнул замок.
О Богиня… неужели это со мной?
В нашей семье настоящим магическим даром только Линар наделен, у остальных крохи, которых лишь на простейшие бытовые заклинания хватает. Ну и образование в области высшей магии соответствующее – общий курс теории, и все. Его на первом году обучения проходят, вместе с «Устройством мироздания». И забывают столь же быстро – зачем помнить то, что в жизни никогда не пригодится? Ну какое нам дело до всех этих колебаний магического фона, устойчивости-неустойчивости эфира, контуров, потоков и прочих сложностей? У нас своих дел предостаточно.
Вот только здесь, в застенках тюрьмы для особо опасных, мне знаний по теории высшей магии не хватало очень.
Из разговоров господина Варкиса и Милана следовало, что эта камера идеально защищена от вторжения магов. А от вторжения призраков она тоже защищена? А магия тут работает? Не бытовая – эта везде действует, а настоящая? В частности, та, которой даденный оборотнями амулет наполнен?
Увы, ответов на мои вопросы не предвиделось, поэтому просто вытащила блестящий кругляш из потайного кармашка, влила в него толику собственной силы – для активации – и надела. Цепочка была длинной, так что амулет точно на животе оказался. Подумав, пихнула кругляш в декольте и выдохнула, позволяя магической вещице скользнуть вниз. Теперь амулет касался кожи, но не холодил, как ожидала. Грел!
Может, в самом деле работает?
Вторым важным делом стало перемещение метки, которую поставил Жнец. Удивительно, но у меня снова получилось. Золотая печать послушно последовала за указательным пальцем, плавно переползла с шеи на левое плечо. Жаль, засос Райлена подобной покладистостью не отличался – пришлось вновь повязать шарфик.
Выдохнув еще раз, окинула свою обитель взглядом. Еда, принесенная секретарем, аппетита не вызывала, корзина со сладостями будила самые мрачные чувства, а стопка сентиментальных романов… Сложно сопереживать вымышленным героям, когда сама в каменном мешке сидишь, но я решила попробовать. В конце концов, до ночи далеко и если не займу себя хоть чем-то – просто сойду с ума.
Я подхватила первый и едва не рассмеялась – «В объятиях зверя». Дважды читанная история о девушке, которой не посчастливилось встретиться с оборотнями. Героиня заплатила за свои интерес к клыкастому мужчине разбитым сердцем, потерянной репутацией и… в общем, обесчестили ее не только на словах.
Усевшись на «кровать», я раскрыла книгу, пробежала глазами первую страницу, перелистнула и замерла. Между страниц лежал клочок бумаги – тонкой, как конфетный фантик. А на нем ровным уверенным почерком было выведено:
«Соули!
Ничего не бойся! Где бы они тебя ни прятали, я найду!
Постарайся не говорить лишнего!
Жду ночи!
Сердце едва не выскочило из груди, на глаза навернулись слезы. Я прижала заветный клочок бумаги к губам и возблагодарила Богиню за то, что мне хватило ума не отвечать на вопросы Милана и господина Вакирса.
Все будет хорошо. Теперь я в этом убеждена!
Я проснулась от привычного ощущения чужого присутствия и тут же услышала:
– Какой кошмар…
В карцере царила тьма – пришлось погасить оба светильника, милостиво установленных подручным господина Вакирса, потому как света даже одного из них хватало, чтобы озарить всю каморку целиком, а встретиться с призраком тетушки хотелось очень. Вот только голос отнюдь не Тьяне принадлежал.
Всмотрелась в черноту и нервно сглотнула – они начали проявляться. Призрачные мужчины и женщины, облаченные в наряды разных эпох. Один за другим. Вновь и вновь. Три удара сердца, и вокруг целая толпа. О Богиня…
