Они продолжили путь, проходя мимо очередных постов. Константин обратил внимание на различия в униформе охраны. Жёлтые кафтаны носили стражи, патрулировавшие город, синие принадлежали охранникам придворной территории, а красные носили воины из личной гвардии царя. Среди них особенно выделялись маги и чародеи: на их плечах восседали совы, а рядом спокойно шагали тигры и медведи.
— «Разные страны — разные обычаи, подумал Константин. — Но маги в охране правителей, кажется, остаются неизменным правилом».
Наконец они подошли ко дворцу. Его стены сияли под солнечными лучами, будто были сложены из самоцветов, золота и серебра. Дворец царя Тартарии представлял собой величественный комплекс зданий, связанных друг с другом так гармонично, что всё сооружение казалось единым монолитным творением. Каждая деталь — от резных карнизов до колонн — говорила о могуществе и величии царской власти.
— Я вас уже заждался, — раздался высокий мужской голос.
Из массивных дверей, которые распахнули два солдата, вышел крупный мужчина с бородой, одетый в богатую золотую одежду.
— Алтай обещал ждать вас до обеда, — добавил он строго, но без раздражения.
— Здравствуй, батюшка, — с лёгким поклоном ответил Ирбис. — Мы немного задержались. Решили прогуляться по городу пешком, чтобы показать Константину нашу столицу.
Чародеи приблизились к царю и учтиво поклонились; он ответил им тем же.
— Константин, как вам Тармитай? — спросил царь, пристально глядя на гостя.
— Впечатляет, — коротко ответил Константин, окинув взглядом величественный дворец. — Кажется, мы ещё не представлены.
— Еканат IV, царь Тартарии, правитель земель от Малахитовых гор до вод Ледяного океана, — с лёгкой улыбкой представила отца Фэн.
— Спасибо, дочка, — поблагодарил Еканат с теплотой. — Для родни и друзей я просто Еканат.
— Мы уже успели стать друзьями? — поинтересовался Константин, убрав руки за спину.
— Пока ещё нет, — ответил царь, выходя вперёд и протягивая массивную руку. — Но я надеюсь, что скоро подружимся. Нас объединяют общие цели, даже если вы пока этого не понимаете.
— Буду рад, если вы их проясните, — Константин пожал протянутую руку царя, не снимая перчаток, и слегка наклонился. — Ваша дочь утаила от меня некоторые важные детали.
— Прошу её извинить. Это было необходимо, — мягко произнёс Еканат, отпуская руку Константина. — Вы ждали чародея из Поднебесной Империи, но после разговора с вашим другом я решил отправить Фэн. Моей дочери я доверяю безгранично. Даже этим двум оболтусам не всегда могу доверить важное дело, а ей — всегда.
Он бросил весёлый взгляд на своих сыновей, а лицо его расплылось в широкой, белоснежной улыбке.
— Пройдёмте в дом. Вам нужно помыться, поесть и отдохнуть. За обедом обсудим всё, что вас интересует.
Константину, конечно, хотелось получить ответы прямо сейчас. Но спорить с царём он не стал — тот был прав. Отдохнуть действительно не помешает, а сначала — сменить одежду и привести себя в порядок. Его рубашка давно высохла, но теперь от неё исходил неприятный запах.
Чародеи последовали за царём во дворец. Как только они вошли внутрь, массивные двери закрылись за ними, захлопнувшись с гулким эхом.
Изнутри дворец оказался столь же грандиозным, как и снаружи. Всё поражало своим размахом: просторные залы из мрамора и самоцветов сияли в лучах солнца, пробивавшихся сквозь огромные окна. Потолки, расписанные небесами и мифическими существами, соседствовали с роскошными хрустальными люстрами. Зеркала в золочёных рамах отражали изысканную мебель, дополняя атмосферу богатства и величия.
Чародеи поднялись по массивной лестнице на пятый этаж — к царским покоям.
— Здесь у нас комната для гостей, — Еканат лично проводил Константина и открыл перед ним дверь. — Располагайтесь. Слуги принесут вам чистую одежду. А вы пока помойтесь. От вас смердит… — Царь с улыбкой похлопал Константина по плечу и, уведя сыновей, добавил: — Когда приведёте себя в порядок, слуги проводят вас на обед. Сегодня он у нас поздний.
Комната оказалась не менее роскошной. Тяжёлая дубовая мебель, ковры из редких тканей, огромная кровать, застеленная шёлковым покрывалом, и ароматы благовоний наполняли воздух. Всё выглядело великолепно, но Константину эта роскошь казалась чуждой. Он всегда предпочитал более простую обстановку.
— Прости меня, — вдруг сказала Фэн, оставшаяся в комнате. Её голос звучал искренне. — Мне следовало рассказать тебе всё. Я…
— Всё в порядке, — Константин взглянул на неё. Волнение на её лице говорило больше любых слов. Она стояла перед ним такой беззащитной, что трудно было поверить, что эта девушка недавно хладнокровно распорола живот оборотню и вонзила меч в его горло. — Я понимаю, у тебя были свои причины, — добавил он и мягко обнял её.
— Я всё объясню, — пообещала Фэн. — Отвечу на любые вопросы.
Она прижалась к нему, не желая отпускать. Было странно и неожиданно приятно обнимать человека, которого она знала всего пару дней, но за это короткое время он стал для неё важным.
— Мы правда хотим помочь, — добавила она тихо.