Однако старец оставил у чародея странное чувство. На первый взгляд он не был опасен, но что-то в нём настораживало. Возможно, это интуиция. А может, всё сложнее, чем кажется.
— Если бы он был угрозой, Златокрыл бы не позволил ему взять перо, — подумал Константин.
Тем не менее он решил попросить Семёна Семёновича присмотреть за Ростиславом, чтобы тот не причинил вреда ни императору, ни Империи.
Получив возможность покинуть Империю, Константин всего через несколько дней оказался в нескольких тысячах километров от столицы. Поезд мчался мимо городов и лесов, пересёк туннель, прорубленный через гряду малахитовых гор, и вскоре вырвался на территорию Великой Тартарии.
Северная Империя и царство Великая Тартария веками находились в состоянии войны. Однако двести лет назад между державами был заключён мирный договор, который действует до сих пор. Споры за клочки земли потеряли значение: слишком много чародеев, солдат и мирных жителей пало в этих бессмысленных конфликтах.
— Жить в мире куда лучше, чем в войне, — думал вслух Константин.
Он не понаслышке знал, какова цена амбиций. Восемь лет назад, будучи на фронте вместе с царевичем Иваном и его братом Олегом, он участвовал в войне с Империей Полумесяца. Кровопролитные бои оставили свой след в истории. Воды Чёрного озера тогда окрасились в красный от крови павших воинов.
Ради чего? Ради контроля над проливом и Золотым городом? Ни тогда, ни сейчас Константин не находил ответа. Император Фёдор III, начавший ту войну, умер, забрав свои имперские амбиции с собой в могилу.
Вступивший на трон Иван взглянул на правление иначе. Вместо новых войн он инвестировал в технологии, проводил электричество в города и сёла, укреплял дипломатические связи с Великой Тартарией. Он также построил железную дорогу, связывающую две державы, и сделал больше для народа, чем его отец за всё правление.
И всё же в последнее время Иван вызывал у Константина беспокойство. Его чрезмерный интерес к чёрной магии, несмотря на собственную ненависть к магическим способностям, казался странным.
— Ничего, я во всём разберусь, — твёрдо сказал себе Константин, откинувшись на спинку сиденья.
Его путь в Тартарию имел одну цель: проверить догадки. Через связи при дворе он договорился о встрече с местным чародеем, который мог знать больше о происходящем.
Поезд продолжал стремительно двигаться вперёд. Изредка Константин смотрел в окно. Над верхушками деревьев мелькала Великая Тартарская стена. Её построили тысячи лет назад, чтобы защитить царство от набегов кочевников с востока и вторжений Поднебесной Империи на юге. Но стена служила и для другого: она не позволяла проникнуть в царство нечисти, обитающей в горах. Каменные плиты стены были исписаны древними заклинаниями.
На рассвете поезд остановился на железнодорожной станции недалеко от границы. Константин накинул на плечи кожаный плащ, надел перчатки и вышел на перрон. Вокруг шумел лес, пели птицы, воздух был свежим и прохладным.
Поезд постоял несколько минут и снова тронулся. Из всех пассажиров вышел только Константин. На станции не оказалось ни охраны, ни суеты.
Это его не удивило. Его одежда была самой заурядной: кожаный плащ с капюшоном скрывал старую зелёную военную форму без опознавательных знаков, заштопанную в нескольких местах. На поясе висели кинжал и фляга с водой. На ногах — чёрные армейские сапоги. Обычный путешественник.
Константин прибыл в Великую Тартарию налегке, без провизии. Всё необходимое он мог позволить себе купить: пачка имперских облигаций и кошель с золотом, надёжно спрятаны во внутреннем кармане плаща.
Покинув станцию, он поправил плащ и неспешно направился по накатанной лесной дороге к границе. До неё оставалось около километра, и спешить было некуда: ему сообщили, что местный чародей выйдет на контакт только после обеда.
Константин засунул руки в карманы плаща и шагал, позволяя мыслям растекаться. Высоко в небе, почти теряясь среди облаков, парил Златокрыл, наблюдая за бескрайними просторами тартарийских лесов.
Наконец, вдали показалась массивная стена, и чародей добрался до маленького приграничного городка Сиберен.
Сиберен производил впечатление захолустного места. Деревянные дома с резными наличниками, каменные улицы, освещаемые только керосиновыми фонарями, создавали ощущение далёкого прошлого. Электричества здесь, похоже, не было вовсе.
По улицам время от времени прохаживались солдаты в одежде из звериных шкур, с ружьями на перевес. На их поясах висели прямые обоюдоострые мечи. Константин сразу узнал среди них чародеев, особенно тех, кто управлял огнём. Их кожа, испещрённая ожогами, выдавала опыт использования стихийной магии. Самокрутки, дымившиеся у них в зубах, зажигались движением пальца.
— Удивительно, — подумал Константин. — В Северной Империи это строго запрещено.
Помимо магов, в городке встречались представители чуди: бородатые гномы, остроухие эльфы и пятиметровые великаны в лаптях. Константин почтительно кланялся каждому, и те отвечали ему тем же.