В салоне автомобиля между мной и Алексом повисает тишина, в которой мы едем минут пятнадцать. Я мысленно обдумаю, чем заняться на выходных, так как работать не планировала. Может, слетать в Европу? Париж или Рим. Билеты можно всегда найти, это не проблема.
— Вы любовники?
— Кто? — не сразу понимаю о чем спрашивает Алекс?
— Ты и Эрик.
— С чего ты взял? — спрашиваю, как можно безмятежное.
— Вы глазами друг друга поедали.
— Тебе показалось, мой.., — осекаюсь, Алексу не нравится, когда я называю его мальчиком. — Мы не любовники, — завершаю фразу безапелляционным тоном, давая понять, что моя личная жизнь его не касается.
Алекс бросает на меня свой темный взгляд, и возвращает его на трассу. Я вижу, как в его профиле сжимаются скулы, как его костяшки напряглись, когда он сильно сжимал руль. Но… мы не пара с Алексом. Я лишь плачу за его услуги быть мои временным партнером. Откуда вообще эти замашки?
Развивать данную тему не хочу и не буду. Мне проще просто больше не вызывать Алекса на встречу, и не отчитываться перед парнем.
Алекс считывает мое настроение и всю оставшуюся дорогу мы едем в молчании, и лишь голос из динамика разбивает тишину между нами.
На парковку к гостинице такси Эрика заезжает сразу после нас. И мы вчетвером проходим в ресторан, считающимся одним из лучших в стране.
Средний чек здесь соответствует своей заявленной авторской кухне. Гастрономическая карта обязывает соответствовать своему статусу. Нас провожают к столику на четверых, мы с Эриком оказываемся сидеть друг напротив друга.
— Я пригласил, поэтому ужин за мной. Ни в чем себе не отказывайте.
Щедрый, значит. Может, стоит уже привлечь его в фонд?
Наш официант предлагает нам распробовать дегустационный «Русский сет», состоящий из шести блюд à la Russe и завершить трапезу чайной церемонией с алтайскими травами и натуральным мёдом. От алкоголя все отказываются, хотя я успеваю посмотреть винную карту, в которой представлены более ста вин, включая культовые вина Франции, Италии, Испании и Нового Света, а также премиальные российские вина от виноделов нового поколения. Не сегодня. Мне нужна ясная голова. То, шампанское, что я выпила на фуршете на форуме, давно выветрилось.
— Кристина, расскажите, что послужило тому, чтобы начать заниматься благотворительностью.
— Моя семья, — отпиваю воды из стакана, и решаю дать более развернутый ответ. — Мои родители погибли при пожаре, когда я была подростком. Я осталась сиротой, и моя тетка забрала меня к себе. Она у меня добрая душа. Всю жизнь помогает обездоленным, таким как я. Погорельцы, молодые мамочки-одиночки, многодетные — все, кто нуждался в помощи. Она может и сейчас отдать последнее, и мой фонд — это мое “спасибо” ей, за себя и за всех других.
Лилия слушает меня с открытым ртом, это умиляет, а Эрик… не знаю, я не понимаю, о чем он думает. Для меня он закрыт сейчас.
— Это... это...— не может подобрать слов.
— Лилия, это всего лишь фонд, каких сотни. Всем не помочь, но если есть возможность, то почему нет?
— Это потрясающе. А еще этот ЖК в нашем городе. Я на этом проекте сейчас, и я в курсе, что именно ваше агентство по муниципальному контракту выкупили квартиры для детдомовских.
— Есть такое. Через год буду вручать ключи.
— В этом, — подает голос Эрик, и я перевожу удивленный взгляд на него. Я знаю, что срок сдачи конец четвертого квартала, но в большинстве случаев сроки сдвигаются. — Мы сдадим все корпуса в срок.
— Не верится, что у меня наконец-то будет своя квартира, — мечтательно произносит девушка.
Что? Она сирота?
— Вы воспитанница детского дома, Лилия?
— Да, с самого рождения.
Мне становится неловко и неудобно. Как раз в этот момент официант приносит наш заказ, и мы принимаемся за еду.
Разговор далее более обобщенный, в котором принимают участие все присутствующие. Мы обсуждаем столицу, провинцию, эмигрантов, кино и артистов. Я даю несколько советов по началу карьеры. Но делаю акцент на том, что ей уже повезло проходить стажировку в такой фирме как “СтройМир”. Эрик выглядит довольным. В воздухе нет напряжения и неловкости. Я полностью расслабляюсь и позволяю Алексу опустить свою руку на свое бедро.
После первой кружки чая чувствую тяжесть в животе, поднимаюсь из-за стола, чтобы отлучится в дамскую комнату.
В уборной поправляю волосы, наношу новый слой алой помады и покидаю женскую комнату. Не успеваю сделать и шага, как чья-то рука дергает меня за руку, и я оказываюсь прижата к стене в небольшом углублении коридора.
Не думала, что он пойдет за мной. Хотя все эти переглядывания на протяжении всего вечера, можно было догадаться к чему, могут привести. Я раззадорила вновь интерес мужчины.
— Ну и зачем тебе этот мальчишка?
Я всегда умела держать атаку. За словом в карман не лезла. Для меня найти нужные слова никогда не составляло труда. Но сейчас…
Я просто не могу произнести ни слова.
Они будто застряли в горле.
Кристина! Возьми себя в руки, но вместо этого из меня выходит лишь рваный выдох.
