В одной стране: Заговор обреченных. Три года спустя полностью

Действующие лица:

Ганна Лихта — заместитель премьер-министра, член Бюро Центрального Комитета коммунистической партии, 45 лет.

Баст — ее секретарь.

Макс Вента — редактор центрального органа компартии, 36 лет.

Коста Варра — земледелец, депутат парламента, 46 лет.

Мина — его жена, 45 лет.

Магда Форсгольм — работница танкового завода, коммунистка, 22 лет.

Кум Стебан — земледелец, сосед Варра, 50 лет.

Иоаким Пино — министр общественной безопасности, лидер социал-демократической партии, 60 лет.

Марк Пино — его сын, мастер танкового завода, член Центрального секретариата профсоюзов, 30 лет.

Файн — секретарь Иоакима Пино, 62 лет.

Христина Падера — министр продовольствия, один из руководителей партии Национального единства, 44 лет.

Куртов — ее помощник по министерству, 46 лет.

Кардинал Бирнч — глава католической церкви, 58 лет.

Яков Ясса — монах, его секретарь.

Гуго Вастис — крупный промышленник, лидер католической партии, 49 лет.

Герц — его секретарь.

Кира Рейчел — журналистка из Чикаго, 33 лет.

Генри Мак-Хилл, из Нью-Йорка — представитель Уолл-стрита, большой финансовый туз, 57 лет.

Фимус — земледелец.

Полицейский.

Капитан войск общественной безопасности.

Слуга во дворце Народного фронта.

Стенографистки, корреспонденты на заседании Совета Народного фронта, члены делегаций.

Мина(прислушиваясь к звону колоколов). Сегодня в замковой церкви торжественное богослужение. Его совершает сам кардинал Бирнч. Час назад он проехал в замок. У него лицо пророка, он плакал, — так мне показалось.

Коста(хохочет). Крокодилы, Мина, тоже плачут при виде своих жертв!

Мина. Хотя бы ради праздника вознесения господа нашего Иисуса ты придержал свой язык, Коста! (Извиняющимся тоном.) Он чистый безбожник, господа, чистый безбожник!

Коста(подмигивая). Это не мешает ему, Мина, быть хорошим хозяином на своей ферме и хорошим мужчиной, а? Шестеро детей, хо-хо!

Мина. Много ли от того толка, что ты ходишь в штанах? То ты в парламенте, то бог знает где еще. Молчи, молчи, знаю я тебя, говорун! Мало тебе трезвона дома — тебе надо поточить язык в парламенте.

Марк. Что ж, Мина, Коста Варра храбро воевал с немцами, а теперь с трибуны парламента воюет за народные права. (Последние слова говорит снисходительно.)

Мина. А что же такое он отвоевал для народа? Земли у нас стало больше? Налогов меньше?

Коста. Ничего, жена, клыки у нас еще целы! Да, повоевали мы с вами, мастер Марк! Не глядите, что он молод! Хо-хо! Хотел бы я видеть командира танковой дивизии дельнее Марка Пино! Нас и парило, и жарило, и вымачивало… Два года из окопа в окоп, а потом из танка в танк. Наши шкуры так продублены, что им теперь ничего не страшно.

Мина. Опять о войне!

Кум Стебан. Да, то были страшные времена!

Мина. Да-да, кум Стебан. Иной раз кажется, будто за все шесть лет оккупации мы не видели ни единого светлого дня.

Марк. Выпьем за то, чтобы те мрачные дни не повторились.

Коста. Вы сказали то, что я думал, мастер Марк. Принеси-ка, жена, еще вина!

Мина(ворчливо). Тебе не привыкать накачивать доверху свою бочку, Коста Варра! (Уходит.)

Коста. Хо-хо! У каждого есть жена, и у каждой жены своя музыка. Выпить за свое здоровье — да разве это грех? А я хочу быть всегда здоровым и с туго набитым барабаном.

Марк. Мне, пожалуй, пора на завод.

Магда. Вам скучно с нами?

Коста. До утренней смены много времени, успеете выспаться.

Магда(любовно). Ну, нет, Варра, Марк Пино спать не любит. Уж если он был хорошим подполковником танковых войск, так теперь он лучший мастер на нашем заводе. Он много читает: в наш век техника бежит бегом…

Коста. Хо-хо! Пойди догони ее!