Пришел Иван Афанасьевич Шевченко, начальник штаба. Давай ему писать: мол, что и как? Он мне тоже записку: контрбатарейная борьба закончилась успешно. И поставил три восклицательных знака. Вот это хороший «подарочек» гитлеровцам на наш пролетарский праздник!
В конце концов я поправился. На шестые сутки появился слух, а на восемнадцатые стал говорить. Это было как нельзя кстати, потому что надвинулись события, которые потребовали забыть о всяких хворобах.
В первой половине мая командир противостоящей нам 198-й пехотной дивизии немцев провел несколько разведок боем. Например, вечером 6 мая две роты противника прорвались в Ново-Павловку. Ружейно-пулеметным и минометным огнем 1-го батальона 696-го стрелкового полка эта атака была отбита. Через два дня, тоже к вечеру, мы сами навязали гитлеровцам бой наступлением батальона 694-го стрелкового полка в количестве 300 человек в направлении Рассыпной.
В ночь на 10 мая снова ударил противник, теперь уже по Яновке, где оборонялся 3-й батальон 691-го стрелкового полка. Фашисты обрушили на этот населенный пункт шквальный огонь из артиллерии и минометов, а затем атаковали наши позиции силою до полутора пехотных батальонов.
Основной удар пришелся по 9-й стрелковой роте, которой командовал капитан Н. С. Бородавка. Рота не дрогнула, встретила гитлеровцев дружным огнем из стрелкового оружия — и атака была отбита. Пока немцы собирались с силами для нового натиска, комбат-3 капитан Алексей Степанович Окунев, получив подкрепление от командира полка, несколько перегруппировал свои подразделения и укрепил позиции 9-й роты. В эту роту пошел комиссар батальона политрук Н. С. Уверский. Николай Сергеевич начинал у нас командиром роты, имел уже хороший боевой опыт, и его помощь, совет были не лишними для ротного, который только недавно прибыл в дивизию.
Противник атаковал Яновку весь день. Бой носил ожесточенный характер. Окраинные домишки то и дело переходили из рук в руки. Вести огонь пришлось даже бойцам санитарного взвода, которым командовал военфельдшер М. А. Мерков. Саманные строения не выдерживали и рушились от попаданий в них снарядов и мин, погребая под развалинами наших бойцов. Но люди выдержали все, и враг не прошел.
К вечеру, когда все атаки фашистов были отбиты, комиссар батальона приказал разобрать все развалины, чтобы с почестями похоронить погибших товарищей. И вот в одном месте из-под обломков извлекли красноармейца Μ. А. Меримовича. Он оказался живым. Как выяснилось, в течение четырех часов этот отважный воин один удерживал крайний домик. Подступившие гитлеровцы швыряли в окна гранаты, но Меримович подхватывал их и метал в фашистов. Так он отбивался до тех пор, пока его не завалило. Вокруг хаты насчитали около трех десятков немецких солдат. Герой был представлен к награждению орденом Красного Знамени.
12 мая 1942 года началась Харьковская наступательная операция войск Юго-Западного фронта. В течение пяти дней нашим войскам сопутствовал успех. Они с боями прошли от 20 до 50 километров. Но 17 мая с юга, под основание барвенковского выступа, неожиданно ударила армейская группа Клейста. Превосходя соединения 9-й армии по числу батальонов в 1,5, по орудиям в 2 и по танкам в 6,5 раза, 11 дивизий этой группы прорвали нашу оборону и устремились к Северскому Донцу.[8]
Одновременно противник своими действиями сковывал и силы Южного фронта. В частности, в эти дни, как никогда, активными были части и подразделения 198-й пехотной дивизии. Например, 20-го мая в 5 часов утра они силой до двух батальонов при мощной артиллерийско-минометной поддержке нанесли удар по южной и западной окраинам Ново-Павловки, которую оборонял 1-й батальон 696-го стрелкового полка. Роты держались стойко и не уступали противнику ни пяди.
Однако при помощи предателя из местных жителей (он потом был захвачен, судим и расстрелян) одной роте гитлеровцев удалось незаметно обойти минное поле и просочиться в тыл батальона. Здесь, на улице Пугачева, они окружили небольшой голубой домик, в котором располагался НП комбата капитана Г. Д. Кельбаса. Вместе с Кельбасом на наблюдательном пункте находились помначштаба полка по разведке лейтенант Григорий Ковтун, командир полковой роты ПТР лейтенант Василий Украинский, писарь батальона старший сержант Огиенко, связные комбата красноармейцы Жариков и Ковальчук, телефонист-красноармеец Черкасов. В последний момент, до того как немцы перерезали связь, Черкасов успел передать на НП командира 696-го стрелкового полка: «Мы окружены…» Капитан Лымарь, доложив мне об этом, послал на улицу Пугачева свой резерв — роту автоматчиков с тремя минометными расчетами.
