Фельдмаршал посмотрел на переводчика.
– Есть в Москве такой завод?
– В Замоскворечье. Недалеко от того места, где он живет.
И снова серия вопросов через переводчика была адресована пленному.
– Ваша специальность?
– Ученик токаря.
– А отец – тоже рабочий?
– Да. И тоже токарь.
– И тоже на этом же заводе?
– Да.
– А кто командир вашего полка? Его фамилия? Звание?
– Не знаю.
– А фамилия командира взвода?
– Лейтенант Иванов!
– А командира роты, если вы солдат стрелкового подразделения?
– Старший лейтенант Петров. – На вопросы переводчика Богров отвечал быстро, почти механически, словно заранее знал, что они обязательно будут заданы.
– Командир батальона?
– Капитан Сидоров.
Вопросы фельдмаршала и ответы пленного близоруко щурившийся писарь записывал быстро, почти стенографически.
– А фамилия командира полка? – повторил свой вопрос фельдмаршал.
– Я ведь уже сказал – не знаю. Я всего-навсего – солдат.
Фельдмаршал взял со стола пистолет и, любуясь им, повертел в руках, встал с кресла и, энергично вскинув его перед собой, почти не целясь, выстрелил в одну из свечей в бронзовом напольном подсвечнике. Пуля попала чуть ниже пламени, срезав макушку свечи, и ушла за обшивку в толстой кирпичной стене.
– Хорошие пистолеты делаете вы, русские.
Богров, склонив голову, молчал.
Фельдмаршал повернул ключ, воткнутый в замочную скважину стоявшего за его спиной сейфа, и открыл дверцу. Положил в сейф пистолет, гранату и нож. На столе оставил только карту, изъятую у пленного. Богров цепким взглядом заметил, что, прикрыв дверцу сейфа, запирать его на ключ фельдмаршал не стал.
Блюментрит развернул карту на столе и ладонью разгладил ее.
– Подойдите к столу, – сухо бросил Блюментрит, поймав на себе одобряющий взгляд фельдмаршала.
Богров расправил плечи и подошел к столу. Только теперь, видя его стоящим во весь рост, Блюментрит и фельдмаршал окинули взглядом с ног до головы русского богатыря.
– А русские командиры не дураки. Вон каких богатырей отбирают в разведку, – любуясь пленным, заметил фельдмаршал и ткнул пальцем в карту. Лицо его было непроницаемым, словно все, о чем говорилось до этой минуты, было или игрой кошки с мышкой, перед тем как ее съесть, или пробной пристрелкой перед стрельбой наступательной, боевой.
Тон этот Богров уловил сразу же. И поэтому приготовился ко всему: к побоям, а может быть, и к пыткам, обещанным при допросе в штабе корпуса генерала Штумме.
– Покажите командный пункт вашей хасановской дивизии.
Богров посмотрел в сторону старика и взглядом показал на дверь.
– Для ответа на этот вопрос не нужно лишних свидетелей.
– Вы правы, – понимающе улыбнулся фельдмаршал и распорядился через переводчика, чтобы старик трубочист прекратил свою работу.
Переводчик подошел к старику и передал ему приказание командующего.
– Дедушка, на сегодня пока хватит. Отдыхай. Ты потрудился. Закончишь работу завтра или сегодня вечером. Понятно?
– Понятно, – ответил старик и легко слез с табуретки. – Да я уже, почитай, все закончил. Теперь будьте покойны: топи без передыха хоть двадцать лет – дымить не будет.
Фельдмаршал приказал адъютанту угостить старика шнапсом и дать ему плитку шоколада.
– Он хоть и малограмотный, а о Наполеоне судит мудро. Действительно, зря великий полководец сжег Москву. Мы со стариком в этом вопросе единомышленники. – Эту фразу фельдмаршал приказал не переводить. И хотя старик не знал немецкого языка, но по выражению лица и по тону, каким были сказаны эти слова, почувствовал, что его за что-то похвалили. А вот за что – не понял.
Когда за стариком и адъютантом закрылась дверь, фельдмаршал сел за стол и пододвинул к себе карту можайского рубежа обороны, на которой линия фронта 4‑й полевой немецкой армии и противостоящей ей 5‑й армии русских была изображена черной и красной ломаными линиями. Правая сторона на карте была абсолютно чистой. Левая сторона, где дислоцировались немецкие войска, в некоторых местах имела карандашные пометки. Значение этих пометок фельдмаршалу было непонятно.
Фельдмаршал жестом дал знать Блюментриту, что пока вопросы будет задавать он, на что генерал в знак согласия кивнул.
– Что за знаки нанесены вот здесь и здесь? – Фельдмаршал пальцем показал на карте места с карандашными пометками.
– Не знаю. Это сделано не моей рукой.
– А чьей же?
– Не знаю.
– Разведчик Богров, тебя взяли в то самое время, когда ты со своими двумя разведчиками засекал огневые точки и расположение наших артиллерийских батарей. Нам это ясно. Планы вашей разведки провалились. Теперь мы будем по твоим показаниям отмечать на карте расположение подразделений и огневых средств противника. Начну с главного вопроса, уже заданного тебе генералом: покажи на карте расположение командного пункта полковника Полосухина.
