И верили люди, да и сами рассказчики после начинали верить своим выдумкам. Боялись всего, но золоту не попускались. Павел Бажов, наслушавшись таких бывальщин от деда Слышко, после книжку написал об этой нечисти, «Малахитовая шкатулка» называется, где также описал всякую нечистую силу, добрую и злую. А в основе-то – старательский фольклор.
Придумали старатели свои пословицы и поговорки про золото:
Недавно я познакомился с Родионом Еремеичем Корнилициным, из старательской семьи. Невысокий, но крепкий ещё мужик, из быньговских старообрядцев, с поседевшей шевелюрой и бородой. Он встретил меня у ворот и, узнав, что я интересуюсь работой и жизнью старателей, улыбнулся приветливо и пригласил в избу.
Мы сели за небольшим столом в просторной горнице. Напротив – иконы старинного письма, лампада горит, на стене фотографии в рамках, календарь. Постепенно завязался неторопливый разговор.
– Вы, как я слышал, с детства занимались золотодобычей, хотелось бы услышать что-нибудь о старательской жизни.
Он задумался на минуту и начал спокойный обстоятельный разговор.
– Да, мои предки, дед и отец промышляли золотом. Мы раньше жили на Малой канаве, недалеко от моста, в начале Тагильской улицы. Многие тогда занимались этим делом. Для этого не надо было много инструмента и механизмов – кирка, лопаты штыковые и совковые, лом, тачка, кто побогаче – лошадь имел, и не одну. Насос для закачки воды – некоторые их делали сами, как и машерты. Старатели всё умели: и плотничать, и слесарить, а некоторые знали и кузнечную работу. Мало ли, что в лесу случится, ось у тачки или таратайки сломается, сами всё делали. Ну, а главное и необходимое приспособление – старательская кружка. Сейчас многие и не знают, что это такое. – Мой собеседник загадочно улыбнулся в усы. – Жестяная, небольшая, но крепкая, обязательно с замочком. Сделают смыв, соберут золотой песок, золотинки покрупнее и всё в кружку, под замочек, чтобы, не дай бог, кто-нибудь не позарился.
– И что, воровали?
– А как без этого, всегда найдутся любители поживиться, прихватить себе больше, чем полагается. Поймают жучка, обвяжут его суровой ниткой под брюхом и засунут в отверстие кружки, куда золото ссыпалось. Понятно, делали это ночью, тайком от артели и штейгера, то есть старшего, который руководил артелью, у костерка где-нибудь, не в избушке. Жук пролезет в дырку, уцепится лапками за золотую крупицу, а вор его тянет за нитку. Насекомое, понятно, пытается удержаться и не отпускает её, так его и вытащат вместе с золотом. И снова его туда же, в отверстие, посылают за новой крупинкой. Так и натаскает жучок на выпивку этим жуликам. Но такие случаи были редко, вороватые люди не приживались в артели, всё равно раскусят их и выгонят с позором.
– А как у вас было организовано всё? – переспросил я собеседника.
– Отец мой обычно объединял в артель две – три семьи, тех, кого хорошо знал. Шахты, дудки и шурфы обычно били опытные мужики, а на промывке песка участвовали и женщины и подростки, а порой даже дети. Всем работы хватало! Кто воду качает, кто песок шурудит. Песок и галечник вода смоет в отходы, а золото оседает на дне машерта. Туда запускают ртуть и собирают его в кружку. Если свинец попадёт, это тоже тяжелый металл, то его выжигали серной кислотой, она золото не растворяла. Другие примеси, например, слюду, выжигали при плавке. Чистое золото после сдавали в контору, получали боны и делили на всех, согласно выработанным трудодням.
