Сначала я подумала, что Мак, должно быть, нашла и увезла их куда-то для погребения, но потом решила, что ее не было, потому что вчера я видела ее, торопящуюся вниз по улице к «Честеру», одетую, но все же дрожащую от холода, и она не выглядела опечаленной. Я видела Мак в горе. Я знаю ее повадки. Она выглядела несколько напряженной, но в целом — нормальной. Она шла и вслед за ней — галдящие АПТ. Интересно, они как вороны предвестники смерти? Меня напрягает, что они таскаются следом за ней. Скорее всего, ее состояние обуславливается происходящим в Дублине. Все, кого я встречаю — напряжены до предела. И дрожат от холода. Минус двенадцать в Дублине днем, а ночью еще холоднее. Снег шел, сугробы росли. Город не приспособлен для проживания в такую погоду. Многие люди не врубаются, где находятся. В таких условиях долго они не протянут.
Я задаюсь вопросом: не съела ли Багровая Ведьма тела Риодана и Бэрронса. Повязала их кишки, а остальное пошло на обед. Все же думаю, хоть пару костей она бы выплюнула, а, может, ей все понадобились для ее корсета? Затем думаю, что, скорее всего, вернулся Кристиан, чтобы привести все в порядок и скрыть улики. Пытаясь вернуть мое расположение или еще что.
Интересно, где, черт возьми, носит Танцора?! Мне нужны его супермозги, чтобы помочь разгрести завал фактов и придумать, как спасти мой город от превращения в айсберг. И народ от превращения в пряжу.
У меня есть на примете еще парочка мест, где его можно поймать.
Я стоп-кадром проношусь вверх по О'Коннелл, срывая по пути листовки Хранителей с фонарных столбов. Тупое мудачье пытается помогать обессиленным людям, поощряя их собираться для общей молитвы, чтобы согреться и «обелиться». Я не въехала, что это значит, пока не увидела двоих выходящих из одной из церквей — которые теперь облюбовали Хранители, как свои собственные — облаченных в длинные белые хламиды поверх повседневной одежды.
Они несли в сумках консервы и улыбались. По моему опыту, вряд ли кто-то, кроме твоей мамы, которая кормит тебя, не будет хотеть чего-то взамен на это.
Я прискакала в пентхаус Танцора, где нам нравилось нежиться на солнышке, разоружила все его ловушки, просунула голову в дверь и окликнула его. Дом оказался тихим и пустым. С голодухи решаю заглянуть в кладовую в поисках хавки. Сунувшись туда, превозношу хвальбу. К груде банок, расположенных в центре пола, прикреплена записка. Это зашифрованное послание, которое мы все время оставляем друг другу.
Я вскрываю одну за другой консервированную фасоль с сосисками и наворачиваю их, пытаясь решить головоломку, что подскажет мне, где он есть.
В Дублине полно тайников, совсем как в аббатстве. Впервые зависнув в городе, я обзавелась одним из этих туристических путеводителей и побывала во всех достопримечательных местах, как любой послушный турист. Меня коробило чувствовать себя чужой в своем же городе, потому что никогда нигде не была, кроме клетки. Я хотела узнать все, что знали все остальные, увидеть все своими глазами вместо того, чтобы смотреть по телику или читать об этом в книгах.
Я посетила Тринити-Колледж и прошлась по всем злачным местам. Я никогда не ходила в школу, поэтому видеть классы, лаборатории и библиотеки, заполненные народом вместо пустых помещений, было прикольно. Я не могла представить свое взросление в подобном месте. Мама научила меня читать. Всему остальному училась самостоятельно.
Я совершала набеги на музеи, пробиралась на пивоварни, ошивалась на Темпл-Бар, побывала в катакомбах под собором Христа и церковью Св. Михаила, и, в конечном счете, даже пробралась до подземных рек. Я слушала ребят из колледжа, взахлеб рассказывающих о своих любимых местах, и тоже моталась туда. Я прислушивалась к болтающим на улицах старикам о том, что было когда-то.
Вот так я и открыла для себя подземный Дублин. Пару морщинистых старых перечников, что играли в шашки у Лиффи-ривер, как уже завелось по традиции, знали кое-что интересное. Под рестораном, принадлежащем челу по имени Роки О'Баннион — это криминальный авторитет, что исчез в прошлом году в сумасшедшие деньки После Падения Стен — я нашла это. Лабиринт туннелей и скрытых тайников, среди груды камней и множества замурованных входов был настолько сложным, что только кто-то, столь же любопытный, как я — или уголовники, пытающиеся скрыть расчлененку или контрабанду — решился бы сюда сунуться. Мы с Танцором кое-что уже облазили, но впереди нас ждало еще много неизведанного.
Сейчас мне удалось его разыскать в одном из тупиков подземных катакомб, под разрушенным туннелем (если вы знали, как найти скрытый обход) за стальными дверями с засовом, встроенными в камень, среди мин-ловушек.
