Сел на соседний стул, который под ним тут же заскрипел и покачнулся, стул полетел в стену, а он переместился к подоконнику, хмурясь.
— И что мы ждем? — спустя пару минут спросила Лиа, заерзав на стуле от нетерпения.
— Ищу, кого-нибудь подходящего.
— А варианты есть?
— Да, например, был в одном веке повар, отравивший царя, каким-то редким ядом и его казнили, захоронила на моем кладбище, еще был повар-людоед, химик-любитель.
— Вы хотите умереть, это же опасно, — услышав перечень, остановила его Лиа.
— Опасно это было в те времена, а сейчас иное время и они будут благодарны, второму шансу.
— А побезобиднее, никого нет?
— Ведьмы, шаманы, — продолжил перечисления.
— Так, стоп, давайте, повара-отравителя.
— Хорошо, первый получит прощение и шанс на вторую жизнь. Кто там дальше.
— Горничная, — подсказала Ардину девушка.
— Так, был у нас одна амбициозная дама с бытовой магией, но вот только…, - задумался он, размышляя, стоит ли ее выбирать.
— Что?
— Она напориста и требовательная, не только к себе, но и к другим.
— Домоправительница и домомучительница?
— Верно.
— То, что надо, иначе, грязь тут будет всегда и порядка не будет.
— Дальше?
— Нужны еще слуги, чтобы подавать к столу, помогать повару и прочее.
— Так-так, — постучал указательным пальцем по подбородку, — фаворитки королевы Марты 3, думаю, подойдут.
— И что с ними не так?
— Воровки, которые травили дам, подсыпая ядовитую пыльцы в пудру и забирали ценности.
Со стороны казалось, что разговаривают супруги, а не рабыня и ее хозяин или это видимость идиллии.
— Ну и контингент, хотя я не удивляюсь, читала о кладбище и его обитателях.
— Вот и не удивляйся, давай дальше кто там у нас на подходе?
— Охрана!
— Боевой маг-некромант, думаю справиться.
— Думаю да, страшно представить, как они все тут уживутся, я так понимаю они из разный эпох?
— Ты права, их разделяют временные рамки, но адаптации не избежать.
— И какая роль мне будет отведена среди этих объектов.
— Потом, не отвлекайся.
— Строитель, — Лия смотрела на него, как он напряженно думает, подбирая кандидата на эту обязанность.
— Вот зачем он тут? — по-прежнему хмуря темные брови, задал вопрос сам себе.
— Починить двери, окна, может мебель сделать.
— Каменщик, плотник, мебельщик это всея разные категории.
— А есть с категорией все в одном.
— Не помню, надо подумать, так кто там дальше. — Ард, в раздумьях накручивал на палец кончик своих длинных волос, перекинутых через плечо.
— Садовник? Хотя вот зачем он вам, деревья почти нет, растений тоже нет.
— Тут пустыня и растут, лишь устойчивые к этим условиям растения.
— Понятно, все мертвое, что даже в свою живучесть не верится.
— Садовник, есть.
— Тоже ядами увлекается?
— Почти, он растил в своем саду ядовитые растения и использовал их для обрядов, ядов и так далее, пока его не сожгли на костре.
Лия закатила глаза к потолку, и последовала его примеру тоже начала перебирать свои заплетенные в косу волосы.
— Остался портной.
— Вот такой, вернее, такие у меня тоже есть сиамские близнецы мастера ткацкого и швейного дела, работали за троих и их наряды были самыми дорогими и модными.
— Но? — уточнила Лиа, зная, что все не просто так.
— Но, были наемными убийцами, расправлялись с заказчиками самыми изощренными методами, могли защекотать до смерти во время примерки или вплести нить в ткань с ядом замедленного действия или вшить траву, вызывающую сыпь и смерть. А еще они оборотни-пауки.
— Может, вы меня тоже убьете, потому что для этого, хм…, - задумалась, подбирая правильные слова, — обслуживающего персонала, я слишком жива. Хотя и до сих пор не понимаю, зачем я вам.
— Представь, что ты моя игрушка, хочу, играю, хочу, ломаю. И поверь, лучше первое.
— Может, тогда для контраста и ко мне какую-нибудь душу подселите? А?
— Нет. Не мешай, сейчас будем знакомиться с прислугой.
Лилиана, встала со стула и отошла к стене, подальше, мало ли что может произойти. Да к тому же у неё страшно чесалась нога под кандалами, и хотелось чем-то унять этот зуд.
Она смотрела на напряженного демона и думала над своими же словами. А ведь правда, если бы она могла стать другой с чужой душой внутри, то могла бы забыть воспоминания, стереть чужие руки со своего тела, ей, возможно, стало бы легче принять Ардина как мужчину, а ни как хозяина, потому что он не может, не нравится.
— А про строителя забыли? Он сейчас важнее, остальных.
— Духи тебя, забери, мотылек, не мешай иначе…, - но осекся, не договорив фразу, — строитель, тоже есть. Этот человек жил три века назад, был крайне обидчив и вспыльчив, но его дома и мебель, были произведением искусства.
— И что же он натворил? Не своей же смертью он умер.
— Нет, не своей, умер в расцвете лет, его повесили, за то что, он замуровывал своих обидчиков в собственных домах, предварительно, запечатывая им рты тряпками, пометом или глиной.
— То есть при нем лучше молчать?
— А это уже не моя забота, — не стал вдаваться в подробности.
