Откладывать дело в долгий ящик МакГоннагалл не стала и сразу же повела меня в кабинет Дамблдора. Я шел следом за деканом нашего факультета готовясь к худшему. В голову закралась мысль, что меня вычислили и теперь аккуратно ведут на расправу, дабы избежать возможных жертв среди детей, а история про родителей — повод. Потому, к тому моменту как мы дошли до гаргульи, охраняющей вход в кабинет директора, разум уже успел перебрать массу вариантов возможных действий в случае атаки и накрутить эмоции для подкачки собственного резерва, а затем укрепил тело Силой.
Выжить в схватке с фактическим хозяином замка и обладателем громадного опыта в здешних техниках, имея детское тело и минимум знаний — мало реально. Однако, сдаваться без боя я тоже не хотел и не мог. Всё моё естество протестовало против роли жертвы и требовало бойни. И я не сопротивлялся этому желанию, лишь временно сдерживая себя, дабы моя внешность не начала меняться раньше времени, демонстрируя переход к несколько иному восприятию мира.
Оказавшись в кабинете директора, как стало ясно — максимум чего в схватке с ним удастся достигнуть — утянуть его за собой. Да и то, это весьма… иллюзорная версия развития событий.
Сейчас пожилой мужчина не сдерживал свою силу, как в те моменты, когда находился в Большом Зале. Она белым туманом заполняла помещение, давила на плечи и сжимала ледяными тисками виски.
Оценив уровень будущего противника, я понял, что Дамблдор по своему уровню превосходит меня в мои лучшие годы в несколько раз. Полагаю, с практическим опытом к директора тоже всё прилично. Учитывая оба этих фактора, можно было предположить, что те же лорды, входящие в совет, для него проблемой бы не стали. И, по всей видимости, какими-то способами стены помещения экранируют или скрывают мощь сей персоны, иначе бы мне удалось ощутить всё это издали.
— Гарри, — улыбнулся Дамблдор, вставая с кресла, когда мы вошли в кабинет, — Приветствую тебя. Проходи и присаживайся. Домовики сейчас накроют стол.
Бросив взгляд на искомый предмет мебели, я увидел смутно знакомый ключ, лежащий на деревянной подставке. Рядом с ним был небольшой металлический ящик, покрытый здешними рунами. По какой-то причине, из него вытекали едва заметные на фоне владельца кабинета потоки энергий, вызывающих ассоциации с древними захоронениями.
«Это что же для меня приготовили? — задался я вопросом, оценивая обстановку, — И путь к отступлению отсутствует. Не в окно же прыгать? Впрочем, почему бы и нет?»
— Пока нам накрывают стол для чаепития, — продолжил между тем директор, обходя стол, — Позволь объяснить для чего я тебя позвал…Наверное, начать стоит с того, что десять лет назад в нашей стране была крайне сложная ситуация. Как ты уже наверняка знаешь, исчез Волдеморт, глава Пожирателей Смерти. Его сторонники жаждали мести и искали тебя и тех, кто с тобой связан. И мне пришлось взять на себя ответственность за твоё будущее, став тебе опекуном в обществе волшебников.
«Вот bantha poodoo! Отрыжка хаттов! — подумал я, услышав о юридическом статусе Дамблдора, — Ну почему такая жопа? Вишейт, ты специально меня отправил именно в то место, где у меня вообще нет ничего, кроме собственного мозга?»
Впрочем, долго размышлять и вспоминать Императора мне не удалось, поскольку директор Хогвартса продолжил свою речь:
— Оставлять тебя среди нас было бы приговором для тебя и я принял непростое решение — отдал тебя на воспитание сестре твоей матери. Не самым выдающимся людям, но твоим родственникам, что более чем важно по целому ряду причин. Ключ же, с помощью которого ты брал деньги в банке гоблинов прошедшим летом, все эти годы был у меня. Однако, так вышло, что ещё летом я допустил оплошность и, будучи занятым подготовкой к учебному году и рядом мероприятий в Визенгамоте, не сказал Хагриду, что он должен отдать тебе ключ от банковского хранилища, что отошло тебе в качестве наследства от родителей. Недавние события заставили меня вспомнить о данном, постыдном для меня, факте… Тем более, что ты успел продемонстрировать рассудительность и острый ум.
Слушая Дамблдора, я не терял бдительности и не спешил расслабляться, готовый к тому, что он нанесет удар. Впрочем, пустые руки, которые глава школы держал на виду, намекали на мирность его намерений. Сама же ситуация меня нервировала. Ребенку одиннадцати лет дают доступ к громадным средствам…
«Что тут происходит? — билась в сознании одна единственная мысль, — Какой-то театр абсурда!»
Любой реальный мальчуган в такой ситуации спустит их за пару недель и хорошо, если его при этом не ограбят и убьют. Ребенок с громадным наследоством, к которому имеет полный доступ — мишень. Особенно, если об этом сообщить окружающим. Или в этом и состоит задумка Дамблдора?
