Я не знала ни кто автор, ни какое именно озеро изображено. Но что-то в этой композиции цепляло меня, заставляло петь струны моей души. Спокойствие, умиротворенность вперемешку с темной, тихой, пугающей ночью. Такими ночами ты не знаешь, что ждет за углом. Такими ночами кажется, словно весь мир погиб и осталась лишь ты. В какой-то момент у меня немного свело желудок, но я не обратила на это внимания. Я продолжала погружаться в темную безлюдную ночь. В тишину, покой и смерть. В сияние звезд, такое далекое и холодное. Было ощущение, что время остановилось. Весь мир застыл. Я довольно долго разглядывала это полотно. Блики луны, мерцание звезд, тени на волнах. Все раскрывалось передо мной, передавая эмоции, чувства и скрытый смысл. Внезапно за спиной послышалось грубое:
– Ты кто?
Я подскочила на месте, еле удерживая кружку в руках. Спешно повернув голову, встретилась со злобным и неприветливым взглядом голубых глаз. Он выглядел таким пугающим, что я сделала неуверенный шаг назад, увеличивая расстояние между нами.
– Ниса… – С его лица пропало напряжение, и проступило удивление. – Что ты тут делаешь?
С темных мокрых волос падали капли. Он был в черной кофте с длинными рукавами – она подчеркивала каждую мышцу его тела. На шее сбоку выделялись крупные красные царапины.
– Это сделала она? – сипло спросила я, голова закружилась.
Он посмотрел на чашку в моих руках.
– Что ты пьешь? – резко спросил он.
– А, да. – Я попыталась улыбнуться, но головокружение усиливалось. – Надеюсь, ты не против. Я очень замерзла, а в твоей комнате стояла чашка с чаем.
Тео побледнел и, громко выругавшись, тем же резким тоном спросил:
– Как давно ты его выпила?
Я ошарашенно уставилась на него:
– Могу сделать тебе новый. В чем вообще проблема? – В висках стучало, комната начала вращаться перед глазами. Я потерла лоб.
– Какого черта… Что ты вообще здесь делаешь, Ниса? – сердито произнес он.
Его реакция меня разозлила.
– Я переживала за тебя, – сквозь зубы выплюнула я и, пихнув его плечом, пошла в сторону лестницы.
– Ниса, стой! – Он поймал меня за край мокрой толстовки, я еле устояла на ногах. Пол подо мной будто стал неровным. – Тебе… – Он нахмурился. – Тебе надо вызвать рвоту и избавиться от содержимого желудка.
Я резко повернула голову и глянула на него как на ненормального.
– Что ты несешь?
– Пошли со мной. – Он с силой потянул меня за локоть.
– Пусти, ненормальный! – закричала я.
– Нам нужно сделать это быстро! – грубо сказал он и продолжил тянуть меня в сторону коридора.
– Я сказала: пусти!
Он посмотрел мне в лицо. Черты его лица изменились… Я видела… очертания мышц под кожей. Ахнув, я сделала шаг назад и, споткнувшись о собственные ноги, упала на пол.
– Ниса?
«Не подходи!» – хотела закричать я, но не смогла.
Страх сдавил горло. Пол подо мной ходил ходуном. Пространство вокруг начало терять форму. Все преобразилось, изменилось, стало иного цвета. В воздухе словно сияли блестки, стены сверкали и будто… дышали. В ритм им я сделала глубокий вдох. Дышалось с трудом, воздух медленно наполнял легкие, и он был такой вязкий, тяжелый и… вкусный. Я крепко зажмурилась и покачала головой.
– Что со мной? – прошептала я. – Я схожу с ума?
Тео сел на корточки и взял меня за руку. Моя кисть была такой крошечной. Я словно увидела себя со стороны. Я провела по ней пальцем, чтобы убедиться, что это моя рука.
– Ниса, – позвал он меня.
Я подняла глаза и всмотрелась в его лицо.
– Под кожей… я вижу очертания твоих мышц. Я спятила?
Он покачал головой.
– Это галлюцинации. Это был… не простой чай. Только не паникуй, ладно? – Он говорил спокойно, аккуратно сжимая мою ладонь. – Все хорошо, это пройдет.
Я делала шумные вдохи, стараясь набрать в легкие как можно больше воздуха.
– Стены шевелятся, а воздух сладкий.
Тео ласково улыбнулся:
– Тебе нравится?
– Это приятно, но страшно…
– Не бойся. – Он потянул меня на себя.
Я откинула голову ему на грудь, а он обнял меня. Мы продолжали сидеть на полу.
– Посмотри на картины, – попросил он.
Я кивнула и попыталась сосредоточиться на той, что висела перед нами. Это был рассвет. Небо нежно-малиновых оттенков, море кристально-голубое. Солнце, которое нехотя поднимается, освещая все вокруг. Малиновые оттенки плавно переходили в фиолетовые и нежно-розовые. И были такими пышными, словно сахарная вата.
– Волны… – дрожащим голосом пробормотала я. – Тео, море настоящее.
Волны пенились и закручивались в нежном утреннем танце.
– Облака плывут, – продолжила я.
– Красиво, правда?
– Ты тоже это видишь? – наивно спросила я. И вместо ответа он лишь ласково погладил меня по макушке. – Это безумно красиво, – потершись о его гладко выбритую щеку, призналась я.
Картины в этой комнате ожили. Звездное небо сверкало, вода журчала, а волны переливались под солнечными лучами. Песок колыхался под невидимым ветром. Деревья шелестели. А вокруг стены дышали, потолок возвышался надо мной, открывая необъятную вселенную. Тео не видел всего этого. Но он часто спрашивал:
– Красиво, да?
