Женя аккуратно приподнял плечи ребенка, обнял ее и пока она мелкими глоточками пила лекарство он целовал ее волосы и постоянно гладил ручки. От такой нежности и любви защемило в области груди. После Женя уложил ее на постель, а я ушла за водой.
С помощью всех манипуляций в течение получаса температуру удалось сбить лишь до тридцати семи и девяти. Снова сироп давать не стали. Ждали врача.
Игорь Михайлович Селезнев врач педиатр прибыл в назначенное время. Осмотрел ребенка, поставил диагноз, выписал кучу лекарств и откланялся, обещая заезжать каждый день в первой половине дня.
Евгений
Спустя неделю…..
Моя идея о переезде в новый дом потеряла свою актуальность из – за болезни дочери. Было просто не до этого, да и перевозить больного ребенка в новую обстановку врач не велел. Как говориться, дома и стены лечат.
Всю неделю мы с Аней постоянно рядом с Машей, даже спим ночами по очереди. Первые три дня были самые тяжелые, температура поднималась в течение часа после, того как удавалось ее сбить. Даже пару раз приходилось вызывать скорую и ставить ребенку укол, так температура стремительно пересекала отметку сорок градусов.
Сейчас же Маше стало легче, и кризис миновал. Так сказал Игорь, который осмотрел дочь некоторое время назад. Я позволил себе спуститься в кабинет и немного поработать. Хотя, о работе думалось меньше всего. Я не думал о Маше, врач успокоил меня, не думал об Ирине, пусть подавиться этими деньгами, еще заработаю. Я думал об Анне. За последнюю неделю она открылась мне с другой стороны, не только как строптивая девчонка и страстная любовница. Она открылась мне, как заботливая и любящая мать. То, как она относилась к Маше не передать словами. Это надо чувствовать сердцем. И ребенок почувствовал, девочка стала тянуться к этой женщине. У них даже появились свои смешные секретики, которые они скрывали от меня. Они становились единым целым.
- Жень, ну что ты такой хмурый? Машенька почти выздоровела. Температуры уже нет второй день – говорит Аня, обнимая меня сзади за плечи.
- Я не хмурюсь.
- Хмуришься. У тебя на лбу морщинки появляются, когда ты это делаешь – она нежно проводит пальчиком по моему лбу - Или ты что – то от меня скрываешь?
Я нежно тяну ее за руку, и она садится на мои колени.
- У меня нет от тебя секретов – Аня смотрит на меня с ожиданием продолжения. Что ж придется признаться – Я расстроен тем, что ты мне сказала ночью.
- Жень, ты прекрасно знал, что рано или поздно мне придется съездить домой.
- Съездить или уехать? Я боюсь, что ты не вернешься. Ведь теперь тебя со мной ничего не связывает.
- Что значит ничего? Я думала, что нас связывают чувства, а не мысли о моей беременности. И если совсем говорить на чистоту, то я рада, что не беременна.
- Ты не хочешь от меня детей или вообще не хочешь быть со мной?
- Остановись – Аня целует мою шею и мне так приятно - И вспомни, при каких обстоятельствах я могла забеременеть.
- Прости, я.. я и правда, идиот. Кто захочет родить ребенка после изнасилования.
- Молчи, что было, то было – она приставляет указательный палец к моим губам - Мы ведь можем попытаться снова – пальчик медленно с моих губ опускается на мою шею, и Аня начинает расстегивать пуговицы моей рубашки - и снова – накрывает теплыми ладошками мою грудь - Пока тест на беременность не выдаст нам желаемый результат.
- Ты, правда, этого хочешь – накрываю ее ладошку своей и не даю ею двигать до тех пор, пока не услышу ответа.
- Да – выдыхает в мои губы.
Поднимаю Аню и на руках несу к дивану. Опускаю ее на кожаные подушки и накрываю собой. Мы так давно не были близки, целую неделю. Я не могу насытиться ею, жадно сминаю губы губами, ладонями упругие ягодицы и трепетную грудь. Я хочу, как можно быстрее всю ее пометить своими отпечатками, чтобы не осталось ни одного миллиметра на ее теле, который бы я не приласкал. Она отзывчиво тихо стонет, не прерывая постоянные поцелуи. Не могу оторваться от ее красных губок, а еще так хочется попробовать и другие. Быстрыми движениями снимаю с нее платье, замечаю насколько оно неприлично короткое.
- Куда в таком коротком платье собралась? – рычу, прикусывая свободный от одежды и жаждущий ласки сосок.
- К тебе – шепчет она, запуская свои пальчики в мои волосы.
- Еще раз увижу, что вышла в таком из комнаты, накажу – опускаю руку между ее ножек и нажимаю на клитор сквозь белье.
- Накажи – выгибается подо мной, но при этом начинает сама тереться об мою ладонь – Накажи прямо сейчас.
- Накажу, еще, как накажу – рву на ней белье и отбрасываю его остатки на пол. Опускаюсь между ее ножек и провожу языком по влажным складочкам. Как я давно этого хотел, снова ощутить ее вкус на своих губах. Этот аромат принадлежит только мне. Никто до меня не пробовал ее и никого не будет после. Только я.
