– Очень трогательно. И это чистая правда, – подтвердила Этери. – Ньюфы, они такие и есть. А у тебя есть собака?
– Здесь, в городе, у меня кот. Собака… Я слишком много разъезжаю, не с кем оставить. А если бы и было… Бабушка держала собак, но она работала в… Common Market?
– Общий Рынок, – подсказала Этери.
– Одно время она ездила в Европу каждую неделю, а собаку приходилось с кем-то оставлять. В общем, когда половину времени твою собаку выгуливает кто-то другой, это уже не твоя собака. Да и вообще держать собак в городе… – Айвен покачал головой. – В деревне у меня есть собака. Классическая дворняга по кличке Мерфи.
– Мерфи? – переспросила Этери. – Это как «закон Мерфи»?[45]
– Угадала, – засмеялся Айвен. – Мой Мерфи вечно влипает в истории.
– Но ты ведь его назвал, еще не зная, что он будет влипать в истории?
– Нет, он влипал с самого начала. Я принес его домой щеночком, и он первым делом опрокинул миску с молоком, а в эту самую минуту подул сквозняк, бумаги слетели со стола и попали прямо в молоко. Он грыз мебель, грыз мои туфли, утаскивал их куда-то и запрятывал. Как-то раз сорвался с подоконника и угодил на свежую грядку с петуниями. Сунул нос куда не надо и был укушен пчелой. Пришлось спешно везти его к ветеринару, и я опоздал на самолет. А видела бы ты, как он гоняется за своим хвостом! Мой кот Феллини его глубоко презирает.
– Феллини?[46] – засмеялась Этери. – Остроумно, но кличка неправильная. Нет буквы «с». Он не должен откликаться.
– Я как-то даже не задумывался, – обескураженно признался Айвен, – откликается Феллини на свою кличку или нет. Он до ужаса самостоятельный и независимый. Но у нас многие дают котам клички без буквы «с». Я не знал, что есть такое правило. А как же французы подзывают кошку «minou-minou»?
– А может, кошки на французский зов не идут, откуда нам знать? – предположила Этери, и оба рассмеялись.
– Это же не Ренуар? – Айвен с удивлением указал на небольшое полотно с изображением типично ренуаровской пухлощекой девушки в соломенной шляпке, играющей с йоркширским терьером среди бокалов на столе.
– Это Ренуар, – усмехнулась Этери, – но это не картина. Японская цветная фотография. Сверху для полноты иллюзии размазан кистью прозрачный клей.
– Навострились, черти, – покачал головой Айвен и осторожно поскреб ногтем лак, после чего перешел к следующей картине. – А вот это мне нравится. Какая дивная фантазия! – Он указал на картину, написанную Катей Лобановой. – Можно посмотреть поближе?
Получив в ответ кивок, он снял небольшую картину в незамысловатой рамке со стены и поднес к лампе.
– Нравится? Возьми себе, – предложила Этери.
Айвен смутился чуть ли не до слез.
– Я знал, что в Грузии есть обычай дарить гостю все, что похвалит, но не до такой же степени!
– Бери-бери! – успокоила его Этери. – Это творчество моей подруги. Она эту свечку много раз малевала и еще напишет, если я попрошу.
На небольшом полотне была изображена горящая, мягко светящаяся изнутри свеча величиной с дом на фоне ночного неба. В середину свечи был вписан громадный глаз.
– Мне все-таки ужасно неловко.
– Бери смело, не смущайся. От души дарю. Вот теперь я поняла, кого ты мне напоминаешь. Все голову ломала, а как увидела с картиной в руках, сразу вспомнила.
– Да? И кого же? – заинтересовался он.
– Питера О’Тула в фильме «Как украсть миллион».
Айвен скорчил одну из своих уморительных гримас, сделал вид, что глубоко задумался, потом потряс головой и процедил надменно-светским тоном:
– Э-э-э… вряд ли нашей светлости понравится такой комплимент. Питер О’Тул, конечно, красавец, чего обо мне не скажешь, но, с другой-то стороны, я без пяти минут герцог, а Питер О’Тул – ирландская деревенщина, dropping his aitches[47], да к тому же еще и пьяница. Как может человек жить without a pancreas[48], я тебя спрашиваю?
– Но живет же! – ответила Этери, утирая выступившие от смеха слезы, и взяла у него картину. – Я в пакет положу, хорошо?
Она вернулась в кухню, извлекла из шкафчика целую кипу аккуратно сложенных руками миссис Прайс полиэтиленовых пакетов и выбрала пару. Положила картину в тонкий пакет, затянула поплотнее и опустила в другой пакет, побольше.
– Я завтра приду на торги, – пообещал Айвен.
– Что тебе там делать? – удивилась Этери. – Я еще понимаю сегодня: у кого-то могли быть вопросы по экспертизе. А завтра?
– Хочу посмотреть, купишь ли ты картину Ге.
– Куплю, – засмеялась Этери, – стопудово, как у нас говорят. Но я буду рада тебя видеть.
