Они шли по лесной дороге, и он исподтишка любовался своей спутницей. С момента знакомства это стало его любимым занятием. А сейчас ему пришло в голову, что Этери прекрасно смотрится в наряде английского загородного стиля: вязаный кардиган с карманами и капюшоном, теплые толстые чулки, прогулочные туфли без каблука… Впрочем, ей все было к лицу: и та задорная короткая туника, что накануне так шокировала леди Бетти, и дерзкий алый жакетик, в котором он увидел ее впервые.
– Но я фильм английский видела, – добавила Этери. – Да, теперь вспоминаю, леди Бетти – это оттуда. Мы отвлеклись.
– Наша леди Бетти не похожа на почтенную тетушку Ловеласа. Уж скорее она из какого-нибудь готического романа ужасов. Во-первых, она на восемь лет старше отца, но это выяснилось лишь после свадьбы.
– Восемь лет – это многовато, – покачала головой Этери.
– Отец женился очень рано, в двадцать один год, разница была не так заметна. И вообще, самое страшное не это. Она никак не могла зачать ребенка. Ее растили именно для этого – для продолжения рода…
– И такой облом, – по-русски сказала Этери.
Айвен улыбнулся ей, но тут же снова помрачнел.
– Наконец, через пять лет после свадьбы, леди Бетти объявила, что понесла. И что ляжет на сохранение, причем не в Англии, а у себя в Италии. Отец не стал возражать. Отношения у них не сложились еще на старте. Старый герцог, мой прадед, оставил кое-какое состояние, в основном недвижимость, но отец не хотел жить на ренту, он хотел работать, жить в городе, а она мнила себя средневековой герцогиней, хозяйкой замка, милостиво принимающей знаки внимания подданных. Объявив о беременности, она уехала в Италию на полгода, даже больше. И взяла с собой Джуди Бойл, служанку. – Айвен выдержал паузу. – Мать Глэдис.
– Мать Глэдис? – переспросила ошеломленная Этери. – Глэдис мне сказала, что ее мать была подавальщицей в трактире!
– Так и есть. Джуди Бойл – беспутная мать-одиночка, неизвестно, от кого она родила Глэдис. Леди Бетти неожиданно приблизила ее к себе, взяла в услужение и увезла с собой в Италию. А вернулась одна… вернее, с Перси.
– Ты хочешь сказать… Ты хочешь сказать, что Перси и Глэдис –
– Ничего я не хочу сказать, правды никто не знает, но… такой вариант не исключен.
– Но, Айвен…
Они вышли к стройным аркам заброшенного римского акведука. Группа туристов фотографировалась на фоне живописных развалин. Поодаль ждал автобус.
– Они никогда не жили как муж и жена, – успокоил ее Айвен. – Глэдис вышла замуж за Перси уже после аварии.
– А она в курсе…
Но Этери и сама знала ответ на этот вопрос. Да, Глэдис в курсе. Вот что означала ее скрытая вражда с леди Бетти, эти намеки, подначки, замаскированные угрозы…
«Я лучше знаю, что нужно моему
«Я лучше знаю, что нужно моему
– Да, она в курсе, – продолжил между тем Айвен. – Только давай я буду рассказывать по порядку. История и без того запутанная.
– Молчу.
– Мы не знаем наверняка, был ли Перси сыном Джуди Бойл. Я думаю, леди Бетти взяла ее с собой для подстраховки: Джуди снова была беременна. Меня тогда на свете не было, мне бабушка рассказывала.
– А что сталось с Джуди? – не выдержала Этери, хотя обещала молчать. – Что сказала леди Бетти, когда вернулась?
– Сказала, что Джуди умерла. Она похоронена прямо там, на семейном кладбище виллы Ваккани. Правда, в самом дальнем углу.
– И никто ни о чем не спросил?
– А кто должен был спрашивать? Джуди Бойл – круглая сирота.
– Айвен, мне все-таки кажется, что это как-то слишком… даже для Италии. Это же чистый криминал!
– Никакого криминала. Разве герцогиня не может взять с собой в дорогу горничную? – Этери вспомнила историю с Ульяной, поехавшей с ней в Грузию под видом горничной, но промолчала. – Разве горничная не может умереть? От вполне естественных причин? – добавил Айвен. – Она привезла свидетельство о смерти, там сказано, что Джуди умерла от внутреннего кровотечения. Это было почти пятьдесят лет назад, Этери. Двадцати лет не прошло, как в Италии учредили республику. Монархия была еще свежа в памяти. Итальянское дворянство… как сказать «class-conscious»?
– М-м-м… Не знаю. Сословно-спесивое?
– Ладно, примем такой вариант, – улыбнулся Айвен. – Так вот, сословно-спесивое итальянское дворянство до сих пор не отказалось от своей сословной спеси, а уж в те годы… Я был в Мантуе, побывал в этом ее палаццо, когда ездил в Италию после Кембриджа. Это лабиринт с привидениями. Они бедны, как церковные мыши, но дают ежегодно один бал, а потом весь год голодают, копят до следующего. Когда-то эти балы давал ее отец, теперь – ее брат, нынешний граф Ваккани. Возможно, Перси – сын дальней кузины леди Бетти, она случайно… как это у вас говорят? Залетела?
– Да.
– Ты же понимаешь, такое случалось даже с самыми знатными особами. Бабушка слышала разговор… незадолго до того, как леди Бетти объявила о беременности. Она – леди Бетти – говорила по телефону. Говорила по-итальянски, но ведь бабушка знает итальянский. Она не подслушивала, просто леди Бетти говорила громко, знаешь, как бывает, когда звонок междугородний.
