– Где он обычно ходит? – спросил Джо. – Через перевал Коль-де-Лорай?
– Обычно да, – ответила она.
Оставалась всего пара часов светлого времени – надо было торопиться. Когда Джо повернулся, чтобы идти, вдова Оркада поймала его за руку:
– Осторожней теперь, мальчик, слышишь меня?
– Ещё бы, – ответил он, выбежал из двери и понёсся в лес.
С поля под домом вдовы он увидел Юбера, сидящего на корточках и гладящего Руфа по шее. Овцы разбрелись вокруг и отсюда в солнечном свете казались жёлтыми. Когда придёт вечер, Юбер сможет увести овец домой вместе с Руфом. Джо часто убегал смотреть на орлов и оставлял Юбера, чтобы тот пригнал овец домой, так что великан знал, что делать. Джо добежал до деревьев и помчался среди них вниз, к реке. Оттуда ему всю дорогу придётся забираться вверх. Он хорошо знал тропу до Коль-де-Лорай – это была дорога к их летним пастбищам, к папиной хижине. Деревья громко шелестели под ветром, и повсюду вокруг падали листья. Джо пошёл вверх по течению порожистой речки. Впереди, где позволяли деревья, он видел круг острых пиков у верхнего края долины, а над ним облака наперегонки неслись ему навстречу – к Лескёну. Джо подумал, не покричать ли им, но понял, что это бессмысленно: ничего не будет слышно из-за рёва воды и свиста ветра. То и дело он останавливался, оглядывая холмы и леса вокруг. Видел оленя, но больше никого. Он забирался всё выше и выше, пока наконец над ним не осталось деревьев – только горные вершины и небо. Начали сгущаться сумерки. Пролетела стая ворон, гоня одинокого канюка к горам. Вокруг не было ни души: будто они одни с канюком направлялись в Испанию, преследуемые разбойными воронами. Канюк скрылся за вершинами гор, и вороны, похоже, остались этим довольны, потому что внезапно прервали погоню и разлетелись.
Звук выстрела долетел секундой позже, эхом прокатившись по горам. Если бы не он, Джо бы ни за что не заметил патруль. Мальчик скорчился за камнем. Их было трое – три чёрных крошечных фигурки, медленно движущиеся по гребню горы на фоне неба. Пара ворон опустилась на землю возле папиной хижины, и до Джо дошло, что если Бенжамина и Лию ещё не поймали, то они наверняка где-то прячутся, а в таком случае лучше места, чем папина хижина, не придумать. Хижина стояла в нескольких сотнях метров от Джо, выстроенная у огромной скалы, скатившейся по склону за века до того. Между ним и хижиной была россыпь валунов – Джо мог использовать их как прикрытие, но всё равно придётся ждать, пока патруль уйдёт или пока стемнеет – что уж случится первым. Час или больше патруль двигался вдоль гребня к пику Ани́, а потом вокруг сгустилась тьма, и Джо их больше не видел.
Осколочек луны висел в небе только для красоты: никакого света он не давал. Теперь двигаться было достаточно безопасно. Джо перебегал от одного валуна к другому, пока не добрался до хижины. Он прошептал у двери так громко, как только осмеливался: «Вы там, внутри? Тут кто-нибудь есть?» Но ответ пришёл из-за спины, из ослиного хлева по другую сторону ручья. На самом деле это был не хлев, а всего лишь пещера в скале, к которой была приделана половинка двери.
– Здесь, Джо, мы здесь, – ответили ему голосом Бенжамина.
Джо перескочил через ручей и пробрался по каменистой земле к ослиному хлеву.
– Заходи же! – прошипел Бенжамин, открывая дверь и втаскивая Джо внутрь. Тогда мальчик увидел Лию: она пятилась от него в самый тёмный угол хлева. Бенжамин похромал за ней, тяжело опираясь на палку.
– Не обращай на неё внимания, – сказал Бенжамин. – Она собственной тени пугается, эта малышка, но у неё есть на то причины.
Лию не сразу удалось убедить выйти из угла, и даже тогда она не смотрела на Джо, а прятала лицо в пальто Бенжамина.
– Она замёрзла и устала, Джо, – объяснил тот, – как и я. Мы попытались перейти границу вчера ночью. И лучше бы мы это сделали.
– Что случилось? – спросил Джо.
– Лодыжка, моя треклятая лодыжка – вот что случилось. – Бенжамин погладил Лию по волосам и притянул ближе к себе. – Была идеальная ночь для этого. Куча облаков, сильный ветер – но солдаты, солдаты повсюду. Я уже переходил эти горы, наверное, дюжину раз и никогда не видел столько солдат. Вот почему мы побежали. Обычно мы не бежим: идти всегда получается спокойнее и тише. Не знаю, что мне там попалось: камень или дырка в земле – да и какая разница. Так или иначе, я вывихнул лодыжку – прямо слышно было, будто выстрел, – и теперь она надулась, как воздушный шар. Мы всё равно не могли идти дальше, так что засели здесь, ожидая, когда солдаты уйдут. Мы собирались вернуться, как стемнеет, но сомневаюсь, что нам бы это удалось, самим, без помощи.
– Она сломана? – спросил Джо.
