— Так нечестно. Ты подъехал на своем лимузине и сказал все, что хотел, а я даже слова не смогла вставить, — заявила Анжелика. Константин сделал едва заметный жест рукой, в котором держал бокал. Это было знаком того, что он слушает ее. Анжелика сделала глоток из другого бокала и вздохнула. — Итак, в ночь открытия магазина я поблагодарила Полину, а не тебя, и теперь знаю почему. — Константин насторожился, слушая ее. — Сказав, вслух как ты мне дорог, я бы слишком открылась. Теперь мне удается это гораздо лучше. — Анжелика вспомнила недавнюю фотосессию. — Поэтому я пришла, чтобы сказать две вещи. Первая — прости. — Она сделала паузу, чтобы он осознал ее слова. — И вторая — спасибо. Спасибо за все, что ты сделал для меня.
Спустя столько месяцев он услышал это, и на его душу опустилось полное умиротворение.
— Мне за что, — проговорил Константин.
— Подожди, третье, — прервала его Анжелика. Он улыбнулся краем губ. — Я бы сказала да. — Константин изменился в лице. — На твое предложение я бы сказала да.
Он некоторое время молчал. Тогда как Анжелика напряглась каждой своей клеточкой. В такие моменты хоть секунда ожидания, казалась невыносимой.
— Я могу кое — что сказать? — спросил Константин. Анжелика кивнула. Он поставил бокал на барную стойка и, подойдя к ней, поцеловал ее. Анжелика обняла его так сильно, как только могла. Они шли к этому столько месяцев и вот, наконец, вместе. Большего желать и не стоило. Теперь они просто не посмели бы отпустить друг друга.
Николь как никогда торопилась в кабинет Лазарева. Он позвал ее лично, и ей казалось, что не просто так. В ее душе все еще теплилась надежда, что он будет ее.
— Кирилл, ты вызывал меня? — Она, счастливая, закрыла за собой дверь. Кресло, повернутое к ней спиной, медленно повернулось. На нем сидела Анастасия. Николь немного удивилась и возмутилась одновременно. Она собственными ушами слышала голос Кирилла в динамике и не могла понять, как она тут оказалась. — А где Кирилл?
— Он дома, нянчатся с дочками, — ответила Настя.
— Дочками? — переспросила Николь. Анастасия встала, демонстрируя свою безупречную фигуру. После родов у нее только чуть — чуть увеличились бедра.
— Четыре дня назад у нас появилось две замечательные девочки, — сказала она.
— Поздравляю.
— Спасибо, а я тут для того, чтобы поговорить с тобой. — Настя облокотилась на стол руками. — Предлагаю тебе присесть.
Николь помедлив, опустилась на стул, напротив.
— Я как — то пригрозила тебе, что покончу с тобой. Знаешь, я была бы не я, если бы не сделала этого, но я передумала. — Настя гордо вернулась на кресло.
— Может ты просто не смогла сделать этого, — усмехнулась Николь.
— О, нет. Я могла это сделать. У меня связи по всему городу. Скажи я одному кто ты, это пошло бы по цепочке и тебя буквально изгнали из этого города, — спокойно сказала Настя.
— Это всего лишь слова, — заявила николь.
— Думай, как хочешь. — Анастасия не хотела разрушать ее надежды. Ей было бы приятнее видеть, как она сама это сделает.
— И это все?
— Нет. Я сделаю единственное, что хотела сделать давно. — Анастасия пристально смотрела ей в лицо. — Ты уволена.
— Ты здесь не босс и не имеешь права делать этого. — Николь, сложив руки на груди, откинулась на спинку стула.
— Кирилл одобрил это решение. Вот документ. — Анастасия передвинула бумагу по столу в ее сторону. Выпрямившись, Николь взглянула на документ, но не решилась взять его в руки.
— Ужасная Анастасия Романова не такая ужасная, как о ней говорят, — заметила Николь. — Я думала, будет гром и молния, а ты предъявляешь мне всего лишь бумажку?
— Все самое ужасное я уже сделала, — проговорила она.
— Вот это увольнение? Оно ничего не значит. Я с легкостью найду себе новую работу. — Николь довольно улыбнулась.
— Твоя репутация идет впереди тебя. — На этот раз Настя предъявила ей снимки. — Каждый день с новым мужчиной, а вечера в клубе с запрещенными препаратами. Не каждый нормальный работодатель примет на работу подобного работника. — Она встала с кресла и обошла стол. — Но я слышала, что Эльвира Филимонова уже вот как несколько месяцев нужна помощница. — Анастасия встала напротив Николь и прижалась к столу. — Вы ведь знакомы, так думаю, сможете договориться.
Чем больше до Николь доходил смысл ее слов, тем тревожнее становились ее глаза. На какую — то долю секунды Настя испытала к ней жалость, но вспомнив, что она покушалась на то, что принадлежит ей, Настя поняла, что она получила по заслугам. Приятнее было осознавать, что она ничего не сделала, то есть не испачкала рук. Ей пришлось нажать только один рычаг. Анастасия наклонилась вперед.
— Если бы ты не лезла в нашу жизнь с Кириллом, ты могла бы работать здесь вечно, а сейчас собери вещи и уйди отсюда по — хорошему, чтобы мне не пришлось вызывать охрану.
