— Потому что я сам себя боюсь, когда ты рядом, — видать, на моём лице выразилось всё негодование мира, потому что Джей попытался меня успокоить. — Не бери в голову. Это просто мой сонный мозг выдаёт всякую ересь.
Я как-то нервно дёрнула плечами.
Джей посмотрел мне в глаза. Пристально тем самым взглядом, который вызывал во мне бурю эмоций. Лучше бы ты делал все возможное, чтобы успокоить моё сердце.
Он прикрыл глаза и на секунду меня отбросило снова в тот день.
— Тебе лучше прикрыться.
Я бросила на него непонимающий взгляд.
— Твоя ночная рубашка… — он вдруг внезапно поперхнулся водой.
— А что не так с моей ночной рубашкой? — спросила я с вызовом.
Джейсон скользнул взглядом по моей груди, и его губы изогнулись в очаровательной плутовской усмешке.
— Всё в порядке. Ну, почти.
Я опустила глаза и обнаружила, что надела белую пижаму на голое тело. Соски выпирали так, словно желали проткнуть тонкую ткань. Я тут же натянула на себя одеяло прямо под самый подбородок и нервно хихикнула. Чтобы не показать, что вся эта ситуация до бесконечности смущающая, я решила спросить:
— Так ты будешь ложиться?
— У меня разве есть выбор?
— Я подвинусь. Кровать большая и всем места хватит. Мы даже друг к другу не прикоснёмся, Джей. Поэтому не переживай.
Его левая бровь выгнулась, но он промолчал.
Я сдвинулась левее, ближе к краю.
Джей лёг справа, подложил под голову левую руку. В правую же он положил пульт от телевизора и начал переключать каналы. Минут двадцать мы спорили, какой фильм посмотреть, и остановились на фильме ужасов, смотреть который на самом деле у меня не было желания. Через каких-то пятнадцать минут мои глаза начали слипаться, как и его глаза в том числе. Несмотря на то что по телевизору показывали не самые приятные кадры, как кого-то распиливали пополам. Но желание спать оказалось гораздо сильнее страха. Джей выключил телевизор и настольную лампу, которая была с его стороны.
Комната погрузилась во тьму.
— Ты точно не боишься? — произнёс он шёпотом.
Я не смела догадываться, что именно он имеет в виду. Фильм или то, что мы спим на одной кровати?
— Ещё чего.
Я не вижу в темноте, но уверена, что сейчас он улыбался своей очаровательной улыбкой.
— Доброй ночи, Дора.
Было так тихо, что были лишь слышны редкие, проезжающие мимо автомобили.
— Доброй ночи, Джейсон.
Сначала мне казалось, я не усну. Мысли кружились в голове и не давали покоя. Но через какие-то пять минут я услышала тяжёлое дыхание Джея, которое говорило о том, что этот парень уже заснул. Видать, он и впрямь сильно вымотался. Я некоторое время прислушивалась к его дыхание и сама не заметила, как под этот звук уснула. Предварительно отвернувшись от него, чтобы случайно не закинуть на него свои конечности. Хотя я бы очень хотела проснуться на его половине кровати.
Утром я проснулся раньше Теодоры. Она ещё спала, закинув на меня свои руки и ноги. А я, в свою очередь, смотрел на то, как она пускает слюни на мою футболку и как её были волосы раскиданы по всей подушке. Сначала мне хотелось скинуть её с себя. А потом мне показалось это до невозможности милым. Да и наживать врага в лице Доры не очень-то и хотелось, если бы я её сейчас разбудил.
Было раннее утро, ещё даже не наступил рассвет, а я понимал, ей надо как минимум ещё час, чтобы чувствовать себя в порядке и не засыпать на ходу. Она всегда была из тех, кто не любил ранние подъёмы, ранние завтраки и разговоры по утрам. Но при этом она всегда умудрялась опоздать.
Но несмотря на сложившуюся ситуацию, что нам пришлось делить одну кровать на двоих. Я удивительным образом выспался и меня не мучили кошмары. Да, я просыпался несколько раз, но не из-за кошмаров, а из-за того, что в меня прилетали конечности Доры.
Я не любил никому о них рассказывать. Свои кошмары я старался держать при себе.
Конечно, я мог бы рассказать о них какому-нибудь мозгоправу, но я не был после этого уверен, что эта информация не просочится в прессу. Поэтому подобные секреты должны храниться в семьях подобной моей. Единственный, кто в курсе происходящего, хоть и в общих чертах был мой лучший друг. Он случайно увидел, как мой отец замахнулся и ударил меня точно в челюсть, но не так сильно, чтобы сломать. Но так, чтобы там остался небольшой синяк и точно такой же шрам, как напоминание какой же он всё-таки мудак. После этого мне пришлось объясняться с Робертом и просить его держать язык за зубами.
Я до сих пор не знал, знал ли обо всём мой старший брат Джим? Мы с ним никогда не были близки из-за разницы в возрасте в двенадцать лет. Возможно, мы бы преодолели эту разницу, но так получилось, мы были абсолютно разными людьми. Что по поводу моей матери? Моя мать всегда прикрывала отца и была на его стороне. Зато все вокруг знали, что семья Андерсонов была и остаётся примером и образцом любящей семьи.
