Меня всегда тошнило от этого притворства. Поэтому я так часто пропадал в семье Бэйли, рядом с Робом и Дорой. В их семье тоже было не всё гладко, но по, крайней мере, там не было того дерьма, какое было в моей. Просто там клали на детей, но в то же время требовали только самых высоких результатов, чтобы похвастаться ими на каком-нибудь званом ужине.
Поэтому за эти годы мне всё это так осточертело. Я бросил универ и начал покорять новые вершины. Сначала было трудно, а отец грозился закрыть все мои счета, потому что всё было решено уже за меня. Где я буду работать, как жить, чем питаться, даже кто мне будет подтирать зад в случае чего и многое другое. Но он не догадывался, что я давно откладывал деньги, а не тратил их, доказывая всем вокруг, что я чего-то стою. Я до сих пор, как бросил учёбу, ни цента не взял с «моего» счета в банке. Я сам сейчас неплохо зарабатывал, сформировав одну из лучших команд по моему мнению. И все же я мечтаю создать что-то стоящее, а не просто продавать приложения и создавать сайты.
Размышляя о себе и своём прошлом. Дора успела отвернуться, а я увернуться от её локтя. Это стало отличной возможностью, чтобы встать с кровати, поработать, выпить кофе, а после разбудить её.
Через полтора часа, сделав свои дела, я её разбудил. Сначала было сложно и пару раз она меня посылала куда-то в Сибирь, но опомнившись, тут же убежала в ванную комнату. Надо сказать, чтобы больше никогда не надевала эту чёртову полупрозрачную пижаму, только если она не хочет моей смерти.
Ещё через какие-то двадцать минут Тео оттуда вышла, а ещё через десять. Мы покончили все дела с мотелем и отправились снова в путь.
Первые полчаса мы ехали в тишине. Я знал, что ей надо время, чтобы привыкнуть к новому дню. А после она сама заговорит.
— Я хочу есть. Я скоро помру с голоду.
Как я и говорил.
— Совсем скоро будет неплохая забегаловка.
— Надеюсь, там вкусно кормят, — она широко зевнула.
— Там оценка 4,8 из 5.
— Пока мой желудок не попробует эту еду, я не могу сказать вкусно там или нет. Кстати, мы не выбиваемся из графика? Наверное, мне следовало встать пораньше и завести будильник.
— Я сам дал тебе возможность подольше поспать. Поэтому вся ответственность ложится на меня. Если по дороге ничего не случится, то примерно к обеду мы приедем, как Роберт и предполагал. Но лучше не опаздывать. Бэйли не любят опаздывать.
— Тогда я и вовсе не Бэйли, — грустно хмыкнула она и отвернулась к окну. — Ты знал? На работе я не пользуюсь своей фамилией, а фамилией матери. Хоть она тоже известна. Но если не говорить какая именно ты из Фостеров, то никто даже не догадается. В отличии, от Бэйли.
Дора повернулась ко мне.
— Жаль, что моя фамилия не Смит или Джонс. Было бы значительно проще.
— Моя фамилия весьма распространённая, — сказал я, — поэтому могу отпираться сколько угодно.
— Эх, но я не могу представляться, как Теодора Андерсон. Ведь я не твой член семьи или не твоя жена. Это было бы странно, не находишь?
Я вдруг резко затормозил, что, машина ехавшая за нами, посигналила и обогнала нас. Чёрт, и что на меня нашло?
— Прости. Мне показалось, что там выбежал енот.
— Надеюсь, с ним всё будет в порядке. Не хотелось бы портить жизнь еноту. И себе…
Кажется, она ничего не поняла и тогда я смог вздохнуть спокойно.
Её живот громко заурчал. Я посмотрел на неё, и она покраснела.
— Не смешно, Джейсон! Голодная женщина, злая женщина. Поэтому надеюсь, на свадьбе Роберта и Эшли будут вкусно готовить, чтобы я могла вдоволь насладиться едой.
— Могу точно быть уверенным, что повар будет из какого-нибудь модного и дорогого заведения.
— Наверняка. Потому что моя мать не упустит возможности нанять престижного повара. Прошу слово
— Мы почти подъезжаем.
— Да и вообще, — она резко сделалась возбуждённой, что я поубавил скорость, поскольку мы уже подъезжали, а ей явно хотелось выговориться. — Зачем тащить меня так рано? Я бы прилетела за пару дней до свадьбы. Нет, я все понимаю, Роберту хочется, чтобы его семья была рядом с ним, пока съезжаются гости. Но там будет как минимум сотня человек! Он ведь знает, как я не люблю все эти сборища. Где все друг друга оценивают по одежде, по счёту в банке, да и все эти сплетни и интриги. А ещё там надо улыбаться, когда улыбаться совсем не хочется. Все эти впечатления, которые надо производить.
— И? — спросил я, когда она на минуту замолчала.
— Я, наверное, рассуждаю как эгоистка. Потому что Роберт сделал бы все ради меня, а я тут…
— Нет ничего плохого в том, чтобы в первую очередь подумать о себе, Дора. Не вини себя в этом.
