Интересен такой факт: впервые о возможности присуждения Шолохову Нобелевской премии написали не советские газеты, а шведские, и не в 1960-е годы, а еще в конце 1930-х. Неслучайно в дневнике Александры Коллонтай читаем: «Нобелевский комитет по присуждению мировой премии за беллетристику присудил премию Бунину как лучшему русскому писателю. Почему не Горькому? Почему не Шолохову? Его знают и любят в Скандинавии» (запись от 13 декабря 1933 года). В Швеции «Тихий Дон» назвали не иначе как советским аналогом романа «Война и мир» Льва Толстого. После перенесенных человечеством тяжелых испытаний в период Второй мировой войны и победы над фашизмом вероятность присуждения Шолохову премии стала чрезвычайно высока, потому что хорошо известный в мире советский писатель по праву ассоциировался со своей социалистической родиной, которая сыграла решающую роль в разгроме гитлеровской Германии.
Однако до официального выдвижения Шолохова собственной страной прошло более десяти лет, и связано это с писателем Сергеем Николаевичем Сергеевым-Ценским, удостоенным в 1941 году Сталинской премии первой степени за роман «Севастопольская страда». Именно к нему в 1953 году и обратился Нобелевский комитет с предложением выдвинуть советского писателя на Нобелевскую премию. Скорее всего, выбор именно Сергеева-Ценского в качестве номинатора был вызван тем, что еще в 1943 году его избрали в Академию наук СССР. Писателей-академиков тогда в Советском Союзе было кот наплакал, и уж, конечно, не звание сталинского лауреата надоумило шведов послать Сергееву-Ценскому письмо, ведь в Швеции тоже была своя Академия наук. Кстати, самого Шолохова избрали в Академию наук в 1939 году, что серьезно повышало его шансы в глазах придирчивых шведов (они ведь не знали, что в СССР есть еще и «народные академики» типа Трофима Лысенко).
Сергеев-Ценский не решился ответить без совета с руководящими товарищами. И в ЦК КПСС же растерялись и потому слишком долго решали, как быть: либо отка заться от предложения «этой общественной организации, являющейся инструментом поджигателей войны», либо выдвинуть «одного из писателей как активного борца за мир», как следует из сохранившегося письма Б.Н. Полевого М.А. Суслову от 21 января 1954 года. В результате отважились выдвинуть самого известного советского писателя и «борца за мир» Шолохова, о чем и сообщалось в решении Секретариата ЦК КПСС от 23 февраля 1954 года: «1. Принять предложение Союза советских писателей СССР о выдвижении в качестве кандидата на Нобелевскую премию по литературе за 1953 год писателя Шолохова М.А. 2. Согласиться с представленным Союзом советских писателей текстом ответа писателя Сергеева-Ценского Нобелевскому комитету при Шведской академии». Утверждено это решение было высшим органом в стране – Президиумом ЦК КПСС 25 февраля 1954 года.
Только все это было уже бесполезно – пока советские чиновники все взвешивали-перевешивали на своих номенклатурных весах, срок подачи заявки истек. Волокита, зятягивание решения вопроса – все это фирменные штучки не только отечественных бюрократов, но и их европейских коллег. Бумажный вихрь, возникший вокруг невинного вроде бы письма из Швеции, привел к образованию кипы документов, заполонивших ныне российские архивы. Чего в них только нет. Вот, например, письмо в Швецию от Сергеева-Ценского: «Отвечая на Ваше обращение, я считаю за честь предложить в качестве кандидата на Нобелевскую премию по литературе за 1953 год советского писателя Михаила Александровича Шолохова. Он пользуется мировой известностью, как большой художник слова, мастерски раскрывающий в своих произведениях движения и порывы человеческой души и разума, сложность человеческих чувств и отношений. Сотни миллионов читателей всего мира знают романы Шолохова „Тихий Дон“ и „Поднятая целина“ – произведения высоко гуманистические, проникнутые глубокой верой в человека, в его способность преобразовать жизнь, сделать ее светлой и радостной для всех. „Тихий Дон“, „Поднятая целина“ и другие произведения Шолохова, по имеющимся в моем распоряжении сведениям, вышли в СССР до 1 января 1954 года в 412 изданиях на 55 языках. Общий тираж изданий составляет 19 947 000 экземпляров. Книги Шолохова переведены на десятки иностранных языков и изданы большими тиражами».