Но Элейн решительно была настроена отстаивать свою идею. И хоть она и присутствовала на заседаниях раньше, она в основном молчала. Но теперь она будет говорить:
- Тори, год вашего простоя даст вашим крестьянам, на оставшиеся у них деньги, купить лошадей, нанять безземельных крестьян для работы, и распахать больше земли. А значит собрать больше урожая, а значит больше продать и больше заработать. А значит, через год и больше заплатить подати. Это же будет выгодно и им и вам, и, разумеется, нам. У тебя богатые земли, плодородные, но люди, столь же нищие, как и везде. А с нищих много не возьмёшь. Так дай им немного разбогатеть. Тебя же не утянет один год.
Тори слушал её с явным скептицизмом:
- Ваша светлость, мы, итак, поиздержались на новую столицу. А ещё год нас просто разорит!
Они ещё долго спорили, но Элейн настояла на своём. И хоть Великие Дома и подчинились, но осадок недовольства чувствовался в их голосах. Но она надеялась, когда они увидят результат, это пройдёт. А сейчас главное, что она добилась того, чего хотела.
И как-то вечером ей захотелось навестить Вэл. И она отправилась к ней в покои. Вэл была не одна, к ней заглянула Хелен. И как в старые добрые времена они уселись около окна с бокалом вина, и разговаривали. Хелен взглянула на Элейн, слегка холодно, как, впрочем, и всегда:
- Эл, ну и как тебе быть Королевой? Помнишь, ещё недавно мы все были просто… просто девчонками, никаких драконов, войн, титулов. Просто смеялись и радовались простым вещам. Всё было легко и понятно. А теперь я должна обращаться к тебе «Ваша Светлость»
Элейн с улыбкой посмотрела на неё:
- Хелен, ну ты же знаешь, что не должна. Между нами, это не имеет значения. Между нами, всё как и было раньше.
Хелен улыбнулась, печально и словно с некой долей ностальгии в голосе:
- Нет Эл, всё совсем не так как раньше. Совсем не так.
Потом она махнула рукой, и как бы оторвавшись от каких-то воспоминаний, что нахлынули на неё, сказала:
- Ладно девчонки, пора мне к себе. Эта беременность меня точно доконает. Пойду отдыхать.
И она ушла. А Элейн осталась с Вэл наедине. Вэл взяла Элейн за руку:
- Эл, она обижается на тебя. Ты почти не заходишь. И я тоже. Теперь и вправду всё по-другому. Может ты всё ещё злишься на меня?
Но Элейн уже давно не злилась. Теперь это было далеко в прошлом, и не имело значения. Элейн простила её давным-давно:
- Вэл, милая, перестань. Теперь это уже не важно. Может… может даже твоя ошибка позволила мне стать такой счастливой, какой я никогда не была с Джейсоном. Ведь не случись этого тогда, я бы никогда не оставила Джейсона сама. Я бы и дальше мучалась и терпела, ждала и надеялась. И я бы никогда не позволила Робу приблизиться к себе, и я бы никогда не испытала того счастья, что он дарит мне сейчас. Милая, прости. Тебе очень дорого пришлось за это заплатить. И мне очень жаль тебя. Но, наверное, в какой-то мере, благодаря тебе, я сейчас любима и люблю.
И они обнялись, и обе прослезились. Потом Вэл утёрла слезу:
- Эл, хочешь посмотреть на Маверика?
Элейн подняла на неё глаза:
- Хочу.
И Вэл позвала служанку, и та привела мальчика. Теперь Элейн не сомневалась, он сын Джейсона. Он подрос, и это было ещё более заметно. Элейн протянула руку, и карапуз уцепился за неё и засмеялся. Элейн улыбнулась:
- Макс не замечает?
Вэл вздохнула:
- Эл, в том и дело. Сейчас только слепой не увидит, что он копия Джейса. Даже Хелен меня спросила как-то об этом. Но Макс, как будто не видит. Или может не хочет говорить. Я не знаю. Но всё это мучает меня, каждый день, каждую минуту. Я живу словно в ожидании бури, которая неминуемо начнётся и разорвёт меня на части. Что мне делать, Эл?
Элейн вздохнула:
- Я не знаю, Вэл. Может Макс так сильно полюбил малыша, что он смирился и ему неважно?
Вэл зарыдала:
- Эл, он ненавидит Джейса, ненавидит так сильно, что он не сможет любить его ребёнка.
- Успокойся. Ты не знаешь этого. Может он и сможет.
Вэл утёрла слёзы:
- Ладно, хватит об этом. Как у тебя дела?
И Элейн рассказала про совет, и про то, как ей пришлось заставить Графов отказаться от подати на год.
Вэл с тревогой спросила:
- А ты не боишься, что они обозлятся на тебя? Вдруг они начнут строить козни?
Элейн вздохнула:
- Конечно боюсь. Я помню Соурена Стаффа. Но как иначе? Уж коль теперь я Королева, я должна использовать свою власть, и использовать её во благо. Люди не должны жить в нищете, при этом не разгибая спины. Они умирают от голода и непосильного труда, прямо на своих полях, с киркой в руке. А знать всё отбирает, и сходит с ума от роскоши и обжорства. Знаешь, что говорит Лигар? Он говорит, что и драконы, и власть мне даны не просто так, и что я должна палить всё, когда это необходимо, но лишь для того, чтобы потом дать людям лучший мир. А вдруг он прав?
Вэл снова с тревогой посмотрела на неё:
- Будь осторожней. Ладно…. А ты знаешь, что Фил приударил за Мелони Барт, дочерью барона Майлса Барта? Эта девица, похоже очень нравится ему! Я уже трижды видела их вместе в саду. И наш скромняжка Фил, держал её за ручку, и что-то шептал на ушко, и всё такое!
