Женский голос. Мама? Нет. Ее в этом мире быть не может. Тогда кто? Кажется, за Максимом ухаживала какая-то девушка, чье лицо он помнил очень смутно. Она делала ему припарки, меняла подушки, шептала разные слова, казавшиеся парню странными заклинаниями. Именно ее Герин прогнал, явившись в комнату в тот раз. Но… когда это было? И было ли вообще?
– Я здесь!.. – слабым голосом отозвался Панин на исходе сил, а потом очень тихо прошептал: – Здесь…
Внизу слышались шаги и негромкое ворчание. Кажется, пришедшая искала светильник с тлеющим фитилем. Максим, уже привыкший к мраку, отстраненно подумал, что сейчас, вероятно, уже вечер. Хотя какая ему разница? Для него существовала лишь боль.
Он было уже снова с трудом набрал в легкие воздуха, чтобы позвать на помощь, но в этот момент с первого этажа раздался пронзительный крик, словно девушка повстречалась с монстром, прячущимся во тьме.
Или увидела нечто, что монстр после себя оставил.
План Герина сработал блестяще, и их с Ванессой ва Риккод без лишних вопросов пропустили в кварталы знати, где всегда была усиленная охрана, а после недавних событий – так и подавно. Стражники, среди которых были и люди Храма, сначала подозрительно отнеслись к двум путникам, галопом несшимся по улице на одном коне, но когда Ванесса начала изливать им жалобы, ее узнали. Герин даже не рассчитывал на такую удачу: он думал, что придется долго извираться, но спасенная из лап разбойников девушка все объяснила стражникам сама.
– Конечно, госпожа, как скажете, госпожа, – раболепно поклонился сержант после ее сердитой отповеди, чем заслужил неодобрительные взгляды со стороны своих подчиненных: подхалимов не любил никто. – Мы сейчас же проводим вас в поместье. А ваш сопровождающий…
– Это мой рыцарь! – гордо возвестила дворянка, вздернув подбородок. – Благородный и знаменитый сэр Пар ва Ут с Жемчужных берегов!
Про далекий континент в Арсдане было известно мало, а потому лишних вопросов не возникло. Раз знаменитый, так и пусть, кому какое дело? Охрана уже хотела вскочить на лошадей и сопроводить беглецов, но капризная Ванесса вдруг заявила, что верхом больше не поедет.
– Уж простите, сэр, – извинилась ва Риккод, повернувшись к Герину.
– Я все понимаю, моя леди. – Тот важно кивнул. – Столь прекрасная дама, как вы, не заслужила тягостных лишений! Это я должен просить прощения…
– Ну что вы, благородный рыцарь. Не стоит.
После обмена любезностями Ванесса вновь вспомнила о своем плохом настроении и решила полностью выместить его на стражниках. Она истерично начала пересказывать историю своих злоключений: если бы не вовремя подоспевший герой, он же Герин, то ее могли не только убить, но еще и – боже упаси! – обесчестить! Куда смотрела городская стража? За что им платят звонкой монетой? Понимают ли они, что теперь она будет жаловаться брату, а тот, в свою очередь, – влиятельным друзьям и покровителям?!
Сколько продолжался этот разнос, сказать было трудно. Герин погрузился в свои мысли, стараясь сохранить благородный лик. К счастью, сделать это было не сложно: челюсть – вперед, взгляд – в пустоту, руку – на эфес меча. Ну и выпрямить спину в довесок.
На заливистый визг леди Ванессы начали собираться люди. Проклятому это не понравилось. Его могли запомнить. Уж слишком примечательно выглядела правая глазница, которая в неактивной фазе была белее мела. Зрачок, радужка и белок сливались в один фон, а такую примету легко будет заметить. Хотя если храмовники и разослали ориентировки, составленные рыцарями у постоялого двора, где арестовали Аксира, то значится он будет там как одноглазый бродяга, а не как благородный странствующий рыцарь, который к тому же спас знатную даму.
Вскоре из-за угла четырехэтажного особняка показались верховые, сопровождавшие открытое ландо. Увидев их, Ванесса радостно возвестила:
– Братец!
Герин внимательно смотрел на прибывающий эскорт. Карл ва Риккод, судя по всему, ехал по центру, и выглядел он соответственно своему статусу. Богатая одежда, племенной жеребец под дорогим седлом, тонкой работы меч на боку, а также суровое породистое лицо. Он натянул поводья у самой заставы в квартал знати, после чего спрыгнул на мостовую. Недолго думая сразу же бросился к сестре и обнял ее.
– Что случилось, мой голубь? Тебя кто-то обидел?
– На меня напали, братец! – Ванесса уткнулась лицом в его плечо и разрыдалась. – Прямо средь белого дня. Барта убили, а меня… меня… если бы не благородный сэр Пар ва Ут, то меня бы…
Она не смогла докончить, так как рыдания сотрясали ее. Роняя слезы на дорогой камзол Карла, девушка вновь ощутила пережитый ужас. При этом нелегальный торговец артефактами внимательно посмотрел на Герина. Как только представилась такая возможность, он отстранился от сестры и подошел, протягивая руку в перчатке.
– Благодарю вас, сэр! – горячо произнес он, пожимая «Пар ва Уту» руку. – Вы спасли мою сестру от жуткой участи, которую ей прочили, вероятно, мои недоброжелатели и враги! В последнее время в Арсдане неспокойно.
– Я заметил.
– Боже, да вы весь в крови! Не ранены?
