- Ты что здесь забыла? - рявкаю, оттесняя ее в коридор. Девчонка невольно пятится назад, только блеет что-то невнятное.
- Я… я только…
- Неясно в прошлый раз донёс?! - рычу, наступая на неё.
- Я хотела попросить, - жалобно шепчет, но меня уже ничто не трогает. Ведь она посягнула на то, что я так тщательно оберегаю от всех.
- Ты, похоже, не понимаешь по-хорошему…
Воронова бледнеет, резко делает шаг назад и начинает заваливаться. За долю секунды просчитываю, что там дальше лестница, и буквально в последний миг хватаю идиотку за кофту.
Удержать от падения выходит, но дальше случается странное - стоит только перехватить ее, как она жалобно вскрикивает, словно я ударил ее, сгибается почти пополам.
- Что такое? - резко спрашиваю, пытаясь поймать ее взгляд.
Алика бледная, кажется, вообще мало что соображает.
- Живот… болит…
Окидываю ее взглядом и понимаю, что дело походу и правда серьезное.
- Где именно? - строго спрашиваю, осторожно укладывая ее на пол. Она крупно вздрагивает, продолжая прижимать ладони к животу.
Девочка молчит, только дергается от каждого прикосновения и сдавленно шипит, когда нажимаю. И по всему выходит, что болит у нее везде. Разве что справа сильнее и… Пиздец какая нехорошая догадка меня настигает. Потому что если так, то надо валить в больницу.
- Мне… таблетки…
Чертыхаюсь и сгребаю несчастную с пола, наплевав на верхнюю одежду, прямо так несу в гараж. Укладываю Алику на заднее сиденье, поняв, что иначе она попросту не сможет. Пока тачка прогревается, успеваю сходить за пледом и укрыть ее.
- Когда началось? - скупо спрашиваю, заводя авто.
- Несколько дней назад, - шелестит она сзади.
Блядь, ну, это кем надо быть? Почему не пришла? Потом вспоминаю все, что случилось за эти последние дни, и торможу себя. По херу. Сейчас важно другое.
До города ехать прилично. Даже с учетом, что дороги отчасти почистили.
Периодически поглядываю на девчонку - но та лежит, закрыв глаза, и, кажется, становится еще бледнее.
Пока едем до больницы, ловлю себя на мысли, что будто снова проживаю тот самый день, когда чувствовал, что контроль ускользает, что я упустил, недосмотрел. И это жестко бьет по нутру. Крепче сжимаю руль, прикидывая на ходу, сколько еще понадобится времени. Звоню Василию, и тот обещает организовать прием в клинике как положено.
Во дворе паркуюсь абы как - сейчас по херу, что кому-то перегорожу дорогу. Плевать на все.
В холл буквально влетаю, держа Алику на руках. Рявкаю на персонал, видя, что те как-то не торопятся шевелиться. Только после этого быстро появляются каталка и дежурный врач.
Коротко описываю симптомы, потому что сама девочка уже без сознания. Уточняю про бок и несколько дней болевого синдрома.
- Понял, - кивает врач, мужик в возрасте с цепким взглядом. - Везем на третий этаж, - командует напарнице.
И все. Они уходят, а я… Следую за ними.
Там уже вижу надпись “операционная” на дверях, за которыми скрывается каталка.
- Вам туда нельзя, - тормозит меня медсестра.
- Но как же ее сразу так… - слегка теряюсь. - Они же не знают, что с ней.
- Сейчас и разберутся. Если надо будет, сразу прооперируют.
- Такое возможно?
- Хирург решит сам. Вы можете поехать домой - вероятно, это все затянется.
Она уходит, а я как дурак остаюсь в коридоре. В душе - полный раздрай. Казалось бы, с чего? Кто мне эта девчонка? А вот ни черта. Стою и понимаю - никуда не уйду, пока не дождусь результатов.
Некстати вспоминается наш поцелуй, и снова странное чувство, что дышать становится не то что легче, но по-новому.
Прикрыв глаза, мотаю головой, пытаясь отогнать морок. Все дело в ее внешности, видимо. Все же образ Марго пусть и подернут быльем, все равно еще что-то да значит. Не иначе. Ведь раньше я не реагировал на женщин вот так.
Тем более на таких молодых.
Я не монах, это правда. И баб было прилично, пока не свалил в глушь от всех. Но ни разу меня не вело вот так, с первого поцелуя.
Как было с Маргаритой, я уже и не помню - слишком много лет прошло. Хотя сам я помню это плохо, подсознание мое, видимо, все еще держит события тех дней в памяти.
Что странно, учитывая, как мы расстались, и из-за чего.
Тогда я не задавался вопросом, где она, и что с ней будет. В тот день как отрезало. Я просто запретил себе подобные мысли. Вычеркнул из жизни, да и отец тоже постарался.
Больше у меня подобных проколов не было.
Пока на пороге моего дома не появилась Алика…
От мыслей отвлекают шаги. Чуйка тут же вспыхивает предупреждением, и я уже знаю - это ко мне. А когда оборачиваюсь и вижу Богдана, да еще и не одного, только убеждаюсь в том, что интуиция меня не подвела и в этот раз…
Окидываю обоих взглядом, мысленно матеря упертость Заславского. Понимаю ведь, зачем он тут. Как только выследил?
- Затворничество закончилось? - интересуется Богдан.
- Я свой ответ дал тебе еще в прошлый раз.
- Но ты же здесь, - бесстрашно возражает он.
Хмурюсь, надеясь, что он и без слов поймет мой посыл. Но куда там! Это же бесстрашный волчара!
- Это не имеет отношения к вашим делам. Мое решение не изменится.
Богдан молчаливо принимает этот ответ, кивает.
