– О чем говорил этот эльф? Они не сказали? Что еще они не сказали?
Еще какие-то факты о ее матери? Вил упомянул, что она лишь одна из рода. Кристина поглядела на запертую дверь.
– Чьего рода? Зачем я вам?
Зачем Заури выкрал ее с «Палангары»? И что за оружие было в тех ящиках, которые удалось захватить с корабля «мародера»? Пират заявил, что оно способно было уничтожить половину его народа. Кристина нахмурилась. Стоит ли пытаться расспросить Заури? В дверь неожиданно постучали, требуя отпереть. Кристина повременила выполнять приказ сердитого пирата. Но что толку запирать себя в этой железной клетке? Она нажала пальцами на замок, открывая его.
– Вижу, посвежела, – проворчал Заури.
Пират пригладил волосы, убирая их назад. Сейчас, одетые почти одинаково, они как никогда были похожи. Белые волосы, черные одежды и горящие взгляды. Гайен театрально откинул полы длинного плаща, вышагивая по каюте.
– Куда Ваухан ведет корабль? – требовательно спросила Кристина.
– Домой.
– Что?
Она не знала, что отразилось на ее лице, и отчего Заури порывисто вдохнул. Он упер руки в бока и отвернулся, глядя в сторону.
– Я говорю не о том убежище, где ты изволила прятаться все эти годы, Снежок. Я говорю об истинном доме.
Истинный дом? Шейн говорил об этих людях, упоминал планету… Шарион. Кажется так. И как она могла подумать, что действительно увидит дом?
Привкус железа во рту и противная боль в шее, было первым, что ощутил, когда сознание вернулось к нему. Шейн приоткрыл глаза, затем немедленно зажмурился. Едкая бурая пыль осела на ресницах, да и всем лице, теперь пытаясь слепить его. Капитан прокашлялся, пытаясь сесть, и немедленно ударился затылком о стену, точнее о то, что являлось одной из преград, удерживающих его.
– Проклятье… – Шейн сжал пальцами ржавые прутья клетки, зверем глядя на шестилапого гарвана, оскалившегося, встречаясь с ним алым взглядом.
Сторожевое существо молотило хвостом по занесенному песком полу старого ангара, служившего, как прекрасно знал капитан, местом содержания пленников. Двери ангара были приоткрыты, и он видел кусок линялого неба Гелиодора. Хриплые выкрики и лязг железа, сопровождавшиеся очередной вспышкой поощрительных возгласов толпы, заставили Шейна усмехнуться. Арена… Что может лучше подойти для такого, как он? У ее величества отменный юмор…
Шейн дернул переднюю стенку, служившую дверью в его клетку. Замки прочные. Он перевел взгляд на бродившего поблизости гарвана. Цепей на нем нет. Мощные лапы скребли когтями по каменному полу. Нет, похоже, здесь ему будет безопаснее. Пока, безопаснее.
Второй страж глодал старую кость в дальнем углу громадного помещения. После прошлой облавы решили не рисковать и оставить вечно голодных созданий без привязи. Отлично. Пока побег придется отложить. Капитан обвел взглядом, стоящие рядом клетки.
Ближайший сосед – паластриец, глянул на него маленькими, глубоко посаженными глазами. Пленник тяжело дышал, и при каждом его вздохе Шейн отчетливо слышал глухой свист. Эта планета была сама по себе пыткой для ему подобных. Паластрис, с его вечными льдами, не шел ни в какое сравнение с климатом Гелиодора.
Короткий серый мех, покрывавший мощное тело паластрийца, был настолько плотным, что даже с близкого расстояния казался просто кожей, имевшей разные оттенки. Сухой жаркий климат измучил беднягу, как и сломанные ребра.
Паластриец поднес кулак к прутьям своей клетки, конечно же, не имея возможности протиснуть его через преграду. Шейн подался вперед и прижал свой кулак на уровне руки соседа по несчастью. Короткое молчаливое приветствие зажгло огонек надежды в темных глазах паластрийца.
Капитан прекрасно знал, что означало это приветствие. Ему доводилось сталкиваться с этим негласным условным знаком, который использовался на подобных аренах. Именно так просит один боец другого закончить бой. Одним ударом. Паластриец сипло рыкнул, молча опускаясь на пол своей клетки. Он закрыл глаза, вытягивая длинные ноги и давая им отдых.
Шейн продолжил исследовать ангар. Еще несколько клеток были пусты. Передние стенки в них, которые поднимались надзирателями при выводе пленников, оставались открытыми. В этой части помещения находилось как минимум четыре десятка клеток. И если из многих на капитана смотрели разумным взглядом, то было полно и тех, которые содержали привезенных с разных планет диких существ. Хищных, способных в данных условиях лишь насыщать свои животные инстинкты.
Шейн поразился тому, что заметил за одной из решеток ревуна. Существо время от времени вскакивало, удерживаясь на мощных ногах. Передними лапами, больше походившими на руки, оно пыталось вырвать решетку, раскачивая клетку. Пронзительный клич, издаваемый им, отдавался тупой болью в голове капитана.
Как им удалось притащить сюда это существо? Да еще и выдрессировать до такой степени, чтоб ревун не прикончил сам себя, находясь вне территории своего обитания. Зверь оскалился, показывая ряды острых, как бритва зубов. Всегда терпеть не мог этих тварей…
