Внезапно все закончилось, смешалось, скомкалось, сменилось темнотой, оглушительным грохотом, под ногами заходила земля и я почувствовала, как проваливаюсь в эту темноту, которая не переставала трясти меня и звать голосом мистера Эддара:
- Тара! Истар! Тара, проснись!
Нет, это не было землетрясением, а всего лишь нашим капитаном, который сидел на моей кровати и бесцеремонно тряс меня, повторяя мое имя.
Не спится же человеку…
Стоп! Ночью! В моей комнате! Ну уж это слишком…
Звук пощечины объяснил ему, что я вполне проснулась.
- Мистер Эддар!..
Я была просто полна негодования, и преисполнена желания прямо сейчас объяснить этому нахалу все преимущества привычки стучаться, когда входишь в каюту к девушке, а также крайнего нежелательства посещения вышеупомянутых кают в ночное время, но он меня опередил.
- Что тебе снилось, Тара? Отвечай немедленно.
Мне что-то снилось?
Точно! Этот гад прервал тако-ой сон!..
Мистер Эддар ловко перехватил мою руку, видимо сочтя, что одной пощечины для него достаточно на сегодня.
- Не раздумывай, а то забудешь. Что тебе снилось?!
Забуду?! Такое?!
Я щелкнула выключателем и перевела взгляд на свои татуировки… Ну надо же, как во сне… Но было во сне кое-что еще, показавшееся мне смутно знакомым…
- Тара?!
- Мистер Эддар, мне снилось, что я странствующий монах, который совершает какой-то религиозный обряд, если я не ошибаюсь… Ну, как объяснить ему все те состояния, что я переживала во сне, будучи этим самым монахом?!
- Какой обряд?! Ты помнишь?
- Я сидела на полу, ноги вот так скрещены… Перед статуей… Одевала на нее украшение за украшением… По-моему, даже подвела ей глаза краской… Не помню всего, там много всего было.
- Постарайся вспомнить, Тара, это очень важно.
Я задумалась, уставившись на нахмуренные брови мистера Эддара. Как назло, думалось совершенно о другом.
- Попробуем по-другому: если я покажу тебе изображения предметов, ты сможешь вспомнить, их ли ты видела во сне?
Я сначала пожала плечами, а потом неуверенно кивнула. Думаю, что смогу. А по какому поводу кипишь-то?
- Твои татуировки, Тара. Они опять светились синим. Так, как в тот раз. Как будто ты взаимодействовала с ключом.
Я недоуменно посмотрела на жезл и бич – но они оставались привычными рисунками на моей коже.
Вот… мистер Эддар перевел орм в режим пространственного изображения, демонстрируя мне фото рисунков, выполненных на желтоватой бумаге, похожей на папирус. Изображения были древними, довольно грубой работы, но я узнала их. Это действительно были украшения из моего сна.
Я кивнула.
- Но… почему они светились?
Лицо мистера Эддара осветило невиданное мной до сих пор удовольствие.
- Потому что твои сны, Тара, - он замолчал, а потом на мой взгляд безумно рассмеялся. - Эстель думает, что украла единственный ключ… Но она и понятия не имеет о моем тайном оружии, - капитан подмигнул мне, - твои сны – и есть ключ, Тара! Ты – живой ключ к сокровищам Иштар!
И не обращая внимания на мои слабые – от неожиданности, конечно – протесты, подхватил на руки и закружил по каюте.
Псих.
Я старалась не думать о том, что на мне лишь чудесным образом надетая накануне шелковая пижама – обычно предпочитаю спать обнаженной, но после встречи с Несом и новостей о маме меня немилосердно знобило. Как говорится, нет худа без добра. Не представляю, что чувствовала бы сейчас, в такой пугающей близости от сильного, мускулистого тела капитана, покрытого медным загаром, если бы на мне сейчас не было бы даже этого кружевного струящегося безумия…
Впрочем, судя по бурной радости зараженного кладоискательской лихорадкой капитана, я нужна ему не для постельных этюдов. Ну, или не только для них… Кстати, об этюдах…
