В погоне за мечтой полностью

– Ладно, шучу. Унылый был матч, просто ко мне брат приехал и попросил сходить с ним на футбол. Хотел в тебе чувство сожаления пробудить, но видимо там фаза «глубоко сна».

– Понятно, я не зря сон на футбол променял. В жизни слишком мало вещей, которые можно променять на сон. – он засмеялся.

Они поговорили о своих делах, в конце разговора Матвей вернулся к теме моего устройства в местную футбольную систему.

– Слушай, а расскажи про «Локомотив», ты же там играешь? У меня брат футболист, хочу его туда пристроить. Реально?

– Почему бы и да. На какой позиции играешь? – первый раз Герыч задержал на мне взгляд.

– Правый защитник, могу в центре защиты сыграть.

– Хорошо играешь?

– Хорошо, он за сборную города играет. – перебил меня Матвей.

– Защитники у нас сильные, но если нормально играешь, то тогда должны взять. Подходи послезавтра на стадион, там у нас первая тренировка будет. Поговори с тренером, а он уже тебе точно скажет.

– Спасибо.

– Ладно, мы пойдём. Давай, набирайся сил, а то через несколько дней школа начнётся.

Домой шли молча. В моей голове родилась идея: «Что если все-таки рассказать родителям? Вдруг они согласятся меня отпустить?»

После некоторых размышлений я всё рассказал маме. В ответ я услышал:

– Не выдумывай.

Всю ночь в моей голове крутились мысли о возможном переезде, но ситуация была явно не в мою пользу. На одной чаше весов была возможность попасть в профессиональный футбол, а с другой – сопротивление родителей.

Настал день возвращения домой. Всё оставшееся время до отправления поезда я провёл в скверном настроении, понимая, что ближе, чем сейчас моя мечта никогда прежде не была и вряд ли когда-то будет. Путь на вокзал и ожидание поезда для меня сравнимы с ощущениями приговорённых к смертной казни. Что толку жить дальше, если я не вцепился зубами в возможность?

Расположившись в купе, родители начали обсуждать поездку, подходившую к своему завершению. В этот момент со мной произошло что-то необъяснимое. За несколько минут до отправления поезда под предлогом сильной нужды я отпросился в туалет. Дальше пришлось действовать стремительно, не забывая об осторожности. Поскольку проводник стоял рядом с выходом, то шансов выскользнуть незаметно практически не было. Мне пришлось перейти в соседний вагон и уйти «по-английски». Внутри была буря эмоций, каждый шаг давался крайне тяжело, но времени сомневаться у меня не было. Точно могу сказать, что вряд ли бы я решился на такой трюк ещё раз.

Поезд тронулся, я провожал его взглядом. Ноги сами понесли меня в сторону дома тёти Тани. Это был самый смелый и самый безрассудный поступок за все четырнадцать лет моей жизни. В карманах был паспорт и какая-то мелочь. Я собственноручно отвязал веревку, удерживающую плот у родного причала. Теперь приходилось уповать только на собственные силы и надеяться не сесть на мель или того хуже – не нарваться на крутые пороги.

Дорога была мучительной. Казалось, что я тащил за собой поезд, который только что уехал. Главный вопрос, терзавший меня в ту минуту: А правильно ли я поступил? За ним прицепом набирался целый железнодорожный состав из вопросов: «Как там родители? Простят ли они меня? Что со мной будет? Где взять денег на жизнь? Что будет, если меня не возьмут в школу?» Вопросы множились со скоростью света и от этих мыслей становилось жутко. «Что я натворил?» – это был итоговый вопрос, который одновременно являлся ответом.

Пришёл в себя от голоса Матвея, прорывающего сквозь динамик домофона: «Ты сумасшедший?»

Я рассказал историю побега.

– Дела браттт… Смелый поступок, очень смелый. Чего сидишь, пойдём…

– К-куда? – взволнованно произнёс я